Море Осколков

— Я помню, что тогда было! Бранд просто стоял и смотрел!

Рин аж рот раскрыла от удивления:

— Слушай, а вы вообще за этот год хоть парой слов перекинулись?

— Нет! Насчет того дела с Эдвалом — нет, уж будь уверена!

— Ну понятно, — и Рин прикрыла глаза и улыбнулась: мол, теперь все ясно. — Он ведь, глупец, никогда не требует благодарности за то, что сделал. Он тебе ничего не сказал.

Колючка ничего не понимала.

— А что он, черт побери, должен был мне сказать?

— Он пошел к отцу Ярви.

И Рин взяла Колючку за плечо, крепко так взяла, и отчеканила, слово за словом:

— И рассказал, что случилось на берегу. Хотя и знал, что поплатится за это. Это дошло до мастера Хуннана. И его не взяли в поход, и лишили его места на ладье, и он не стал воином, и все его надежды пошли прахом.

И тут из Колючкиной груди вырвался странный звук. Какое-то сдавленное кудахтанье. Так клохтает курица, когда ей сворачивают шею.

— Пошел, значит, к отцу Ярви… — просипела она.

— Бранд спас мне жизнь. И из-за этого потерял все, о чем мечтал.

— А я над ним из-за этого смеялась и издевалась над ним всю дорогу вниз по Священной и Запретной и обратно.

— Так чего ж он, мать его, просто не сказал мне, что…

И тут Колючка заметила, как что-то блеснуло в вороте рубахи Рин. И она потянулась к этому блестящему, поддела дрожащим пальцем и вытащила на свет.

Бусы. Стеклянные бусы, синие с зеленым.

Те самые, что Бранд купил на рынке в Первогороде. Те самые, про которые она думала: это для нее. А потом решила, что для какой-то другой девицы в Торлбю. Те самые, которые, как выяснилось, предназначались для сестры. О существовании которой она так и не сподобилась узнать, потому что не пожелала спросить.

Колючка снова жалко кудахнула, только куда громче.

Рин смотрела на нее как на сумасшедшую:

— Бранд? В моем доме. В нашем доме.

Колючка уже пятилась.

— Насчет меча потом поговорим!

И она развернулась и побежала к воротам.

Какой же он все-таки красавец. А сегодня — в особенности. А может, она просто по-другому смотрела на него — ну, после всего того, что узнала.

— Колючка! — Он явно не ожидал ее увидеть — и немудрено. И он тут же забеспокоился: — Что-то случилось?

И тут она сообразила, что выглядит, наверное, кошмарней обычного. И зачем она бежала всю дорогу? Могла бы хотя бы постучаться и ждать, пока откроют, и успела бы перевести дух и вытереть пот со лба. Но она слишком долго ходила вокруг да около. И пришло время говорить прямо. Даже если со лба пот течет.

— Я с твоей сестрой пообщалась, — сказала она.

Он расстроился еще больше:

— Ну, для начала узнала, что у тебя сестра есть.

— Ну это ж ни от кого не секрет.

Он расстроился сильнее:

— И что она тебе сказала?

— Что ты спас мне жизнь. Когда я убила Эдвала.