Море Осколков

Тут руки потянулись к оружию с обеих сторон от костра — эля выпито было много, добавьте к этому уязвленную гордость, да и проиграли многие, когда бились об заклад… Одним словом, все могло обернуться кровавой дракой, а то и смертоубийством. Но тут меж насупленными мужиками прыгнул отец Ярви:

— Разве у нас не достаточно врагов? Зачем делать врагами друзей? Зачем напрасно лить кровь? Давайте разожмем кулак, пусть кулак превратится в ладонь! Почтим Отче Голубок! Вот, смотрите!

И он сунул руку в карман и бросил Гнутому что-то блестящее.

— Что это? — рявкнул кормчий.

— Серебро королевы Лайтлин, — умильно улыбнулся Ярви, — и на каждой монете отчеканен ее профиль!

У служителя было меньше пальцев, чем нужно, однако теми, что имелись, он пользовался с невероятной ловкостью — Ярви принялся разбрасывать сверкающие в свете костра монетки между людьми с «Черного Пса».

— Не нужны нам ваши подачки! — гаркнул Гнутый, хотя многие уже бухнулись на колени — монетки подобрать.

— В таком случае, считайте это платой вперед! — воскликнул Ярви. — За то, что королева выплатит вам, если вы явитесь перед ней в Торлбю! Она и ее супруг король Атиль всегда рады храбрецам и искусным воинам! Особенно тем, кто не слишком любит Верховного короля!

Дженнер Синий тут же поднял чашу:

— Ну! За королеву Лайтлин, за ее щедрость и несказанную красоту!

И все радостно заорали, и налили, и он тут же тихонько добавил:

— И за ее коварного-прековарного служителя…

А потом добавил еще тише и подмигнул Колючке:

— Не говоря уж о той, что сидит на кормовом весле и вообще всех затмевает…

— Что случилось?! — крикнул Колл, выбираясь к костру — заспанный, встрепанный и путающийся в одеяле.

Он все-таки запутался окончательно, рухнул наземь — и опять стошнился. Все чуть животики не надорвали со смеху.

И уже через несколько мгновений все рассказывали друг другу истории, и обнаруживали общих друзей, и спорили, чей кинжал лучше, а Сафрит уволокла сыночка за ухо и макнула в реку головой. Гнутый остался в одиночестве — он так и стоял, руки в боки, и метал убийственные взгляды в сторону Колючки.

— Сдается мне, ты приобрела в его лице врага, — пробормотал Бранд, пряча кинжал в ножны.

— О, врагов я приобретаю с невероятной легкостью. Что там говорит отец Ярви? Враги — это цена успеха.

И она крепко обняла их за плечи, обоих — и Бранда, и Одду, и заметила:

— Удивительно, что у меня еще и друзья появились!

— За щиты! — заорал Ральф.

И Бранда так и подкинуло от страха — только что он видел сладкие сны о родном доме, и вдруг раз — и из-под теплого одеяла нужно вылезать в утренний холод, а над головой алеет небо цвета крови.