Осколки тебя

Я бы спорить не стала, но объяснять ничего не хочу.

Мама замечает мою заминку и не оставляет ее без внимания. Она сидит рядом и ласково проводит ладонью по моему запястью.

— Не обращай внимания, Трескунок. Ты сегодня вдруг изменилась и щелкнула этих двоих по носу! Никто не ожидал, что ты так быстро повзрослеешь, дочка, даже я. Твоя новая стрижка тебе очень идет, не сомневайся! Ты кажется нежнее и загадочнее. Одно время в юности я тоже носила короткие волосы и ни о чем не жалела!

— Ешь, Николас! Чего рот открыл? — неожиданно строго отзывается Марк. — Девчонок не видел, что ли? Они в этом возрасте все дурью маются и твоя сестра не исключение. Похоже, у нее скоро появится парень, так что присмотри за ней… Как старший брат! Надеюсь, ты понимаешь, о чем я? Не удивлюсь, если ей понадобится парочка глаз, чтобы не наделать глупостей.

— Брось, Марк, — возражает мама, и ее лицо хмурится. — Лена умная девушка, я не думаю, что ей нужна опека Николаса. У твоего сына хватает своих забот — школьная команда, Алисия, а еще предстоит поступление в университет. Это нормально, если у Лены появится парень. Ты сам прекрасно знаешь, что подростков не удержать от отношений — и Ник тому пример! Наша задача быть рядом и не навредить.

Я откладываю вилку в сторону и поднимаю взгляд, с удивлением глядя на маму и отчима. Похоже, они оба решили, что изменить внешность меня сподвигло желание нравиться и собственное взросление. И, скорее всего, для девушки моего возраста это нормально…

Если бы на самом деле все оказалось совсем не так. И если бы не касалось Картера Райта.

Так что внезапная догадка не делает мое положение легче.

Я поворачиваю голову и ловлю на себе взгляд Николаса — задумчивый и сердитый. Он сидит напротив и его губы плотно сжаты, а в тарелке с того момента, как я вошла в кухню, не уменьшилось еды. Он больше не спорит с отцом и не спешит уходить. Он словно что-то для себя решает, и мне в голову приходит неожиданная мысль: какое право он имеет на меня так смотреть? Словно я виновата перед ним или что-то ему задолжала.

А может, если ему не нравится моя прическа, то он и вовсе от меня отстанет?

Я убираю прядь со щеки за ухо, внезапно желая удостовериться, что волосы, и правда, стали значительно короче. Теперь я даже рада этому.

Встав из-за стола, благодарю маму за вкусный ужин и ухожу из кухни первой, отказавшись от десерта, слыша за спиной, как мама меняет тему разговора:

— Николас, ты не ответил, как дела у Алисии? Что-то ее не видно у нас. У вас все хорошо?

— Что? А… Да, все отлично!

Он врет, плевать ему на Алиссию, но мне нет до этого никакого дела.

Ник догоняет меня уже на втором этаже, в метре от моей комнаты, в которую я не успеваю проскользнуть. И, поймав за локоть, разворачивает к себе лицом.