Душа на осколки

Это понимала и сама Альма, и Аргамон, но девушке жутко хотелось верить в то, что все будет хорошо, а Аргамон слишком любил ее, чтобы попытаться разрушить эти хрупкие надежды.

— Ты просто должна быть самой собой, девочка моя, этого будет достаточно, — Аргамон притянул Альму к себе, сжимая в сильных объятьях. Он давно должен был привыкнуть к подобному. Но каждый раз его сердце рвалось. Каждый раз он будто умирал. — Вот только не нужно спешить…

Ему запрещено вмешиваться. Он должен только наблюдать, исполняя прямые указания начальства, убеждать ее указаний не было, но Аргамон решил рискнуть. А вдруг?

— Зачем уезжать сегодня, гелин? Сейчас лето. Во дворце скука смертная. До начала сезона там будет безумно нудно. А здесь Шоколадка. Ты ведь не возьмешь с собой Шоколадку? А без тебя она совсем заскучает. А так, ты могла бы подарить ей хотя бы еще несколько недель. И не только ей. Я ведь уже совсем стар, Альма, вряд ли выберусь к тебе во дворец… Не лишай старика удовольствия, останься… Хотя бы на несколько недель. Хотя бы на одну…

— Аргамон! — Альма рассмеялась, целуя учителя в щеку. — О какой старости речь? Выберетесь! Обязательно выберетесь! А я буду ждать! Буду холить в мыслях тот момент, когда станцую с вами танец в тронном зале, когда проведу экскурсию по палатам… Когда поделюсь всеми сплетнями, которых будет огромное множество. Так и будет, верьте мне!

— Я верю, девочка моя, верю, — он не сопротивлялся, когда Альма целовала во второй, третий раз, когда снова прижималась, даря столько нежности, сколько не было в ней никогда. Потом терпеливо ждал, когда она найдет в себе силы оторваться от его воротника, отступит. — Только будь осторожна. Сплетни… Никто не должен узнать, что ты кальми. Люди до сих пор расправляются с такими, как вы, а лорды… Ни один лорд не упустит тебя, стоит только заподозрить… Не забывай о мороке. И будь предельно осторожна. Никто и никогда не должен узнать. Даже самый близкий. Даже тот, кто представится матерью, отцом, ребенком. Поклянись, гелин, что никому не расскажешь.

— Клянусь, — Альма кивнула, принимая единственное условие наставника. Это куда легче, чем пообещать писать, приезжать, видеться. Эту клятву она может хотя бы попытаться исполнить.

— Когда ты собираешься ехать?

— Как только подадут экипаж. Я попросила об этом час тому. Решила не тревожить лорда Тамерли, сами справимся, — а вот теперь Аргамон посмотрел с жалостью. Он прекрасно понимал Альму. Знал, что гордость не позволит ей остаться здесь, наблюдать за вновь обретенным счастьем и делать вид, что так и надо. Потому-то и не чаял особых надежд ее уговорить."

"— Справишься, гелин. Ты со всем справишься, — поцеловав девушку напоследок в огненно-рыжую макушку, Аргамон вышел.