Осколки чужой жизни

Он ещё слишком маленький, – возражала Нели, всей сутью противясь преждевременным родам. – Не выживет.

В полубреду просила малыша потерпеть немного. Сбивалась на молитвы Всеблагой Матери и снова уговаривала ребенка обождать, не появляться на свет слишком рано. Так и умерла, пытаясь спасти уже мертвого малыша, о чем ей твердила Рута. Но Нели ей не верила, не желала верить.

Почувствовала, что Софи все-таки завозилась, просыпаясь. И погладила её по спине дрожащей рукой.

– Тсс, тихо, маленькая, – сипло прошептала я, с трудом подавляя всхлип. – Спи.

Дверь в комнату скрипнула. Обернувшись, я увидела на пороге уставшего и осунувшегося Гавриса.

– Как ты, Нели? – шепотом спросил он, разглядев, видимо, что я уже не сплю. – Водички принести?

– Да, – прохрипела я в ответ. Мужчина исчез в проеме двери, но спустя минуту появился вновь, неся с собой и зажженную свечу. Приподнялась на локтях, пытаясь занять более вертикальное положение, и чуть не застонала от боли. Пока лежала неподвижно, боль утихала, и я даже забывала о ней, но любое движение порождало жидкое пламя внизу живота. Я точно понимала, что мне нужен врач, но где его сейчас найти, даже не представляла.

Забрала кружку у Гавриса и залпом выпила всю воду. Дед тяжело опустился на рядом стоящий табурет.

– Прости, Аннели, – горько пробормотал Гаврис, ссутулившись. – Не уберег я тебя…

– Ты не виноват в случившемся, – пробормотала я, всхлипнув в очередной раз. Истерика отступала неохотно. – Наоборот… ты спас меня: та толпа могла разорвать меня на кусочки, – я нахмурилась, обдумывая внезапно возникшую мысль. – Но откуда они так точно узнали про отца ребенка?..

– Марта проговорилась, – с тяжелым вздохом поведал Гаврис. – Рассказала какой-то женщине, как мы спаслись из обреченного лагеря.

Вот гадина! А казалась нормальной женщиной. Ни разу за время знакомства даже косо на Нели не посмотрела."

"– По дурости она, не со зла, – добавил дед, словно прочитав мои мысли. – Она ушла вчера с группой беженцев, сказала, будет добираться в родной город.

– И к лучшему, – пробормотала я, чувствуя, как внутри все кипит от злости. Убила бы идиотку сейчас, если бы увидела. – Гаврис, как мы из крепости-то выбрались?

– Так на мой крик примчались солдаты, еле меня успокоили, я ж в запале как-то топор урвал. Ума только не приложу, где, – он нахмурился, вспоминая тот день. – На крики Руты подтянулся и командир заставы, ментальный маг. Это он должен был проверять гражданских на границе, но приехавший обоз с продуктами задержал его. Он как-то быстро разобрался с тем, что произошло. Вот только лекаря в крепости не было. Командир вспомнил, что накануне в Куштейн ушла группа с пожилой повитухой. И тут же организовал тебе доставку до городка.