Ошибка леди Эвелин

Вы с Эриком обязательно все решите, пусть и не сразу, – тихо говорила леди Кейт. – У твоего мужа довольно непростой характер, он замкнутый и скрытный, и с ним бывает сложно, но, несмотря ни на что, Эрик очень справедливый и всегда горой стоит за тех, кого считает своими. А ты теперь тоже своя.

Своя… Вот в этом леди Кейт ошибается. Каллеман слишком хорошо показал, что я ему не нужна. Единый, почему любовь – это так больно?

– Все образуется, Эви.

Я слышала мелодичный голос, чувствовала тепло объятий и изо всех сил держалась, чтобы не уткнуться в плечо герцогини и не расплакаться, как ребенок.

«Ты не ребенок, Эвелин, – сказал кто-то взрослый и непреклонный внутри меня. – И уже довольно давно. Так что веди себя, как взрослая».

– Благодарю, леди Кейт, – отстранившись, улыбнулась герцогине. – Я в порядке. Просто немного устала.

Леди Горн кивнула, принимая мой ответ, но по ее глазам я поняла, что она мне не поверила.

– Что ж, хорошо, – сказала герцогиня. – Отдохни пока, остальные скоро будут.

Она поправила раскиданные по дивану подушки и похлопала по джутовой обивке, приглашая меня сесть.

– Я сварю нам кофе.

Леди Кейт сказала это так, что я неожиданно вспомнила маму. Она тоже всегда говорила эту фразу, когда случались какие-нибудь неприятности. И от одного звука маминого голоса они – не исчезали, нет, – но становились не такими серьезными.

Я молча села на диван, а леди Горн зажгла стоящую на столе спиртовку, достала из небольшого шкафчика кофейник и мельницу, смолола зерна и принялась варить кофе. Скупые движения изящных рук завораживали. Сосредоточенное лицо герцогини казалось прекрасным. Тонкий изысканный аромат наполнил небольшую комнату теплом и уютом, но не смог отвлечь меня от нового и незнакомого, что поселилось в душе.

Я до сих пор чувствовала, как горят слегка саднящие губы, как внутри бродит хмель того непонятного, что сбивает дыхание и заставляет плотнее сжимать колени, как тянущая боль, которая и не боль вовсе, засела там, где не так давно хозяйничали руки мага.

А еще мне все сильнее хотелось увидеть Каллемана, снова заглянуть в глубокую черноту его глаз и прочитать в ней свой приговор. Это желание было глупым и нетерпеливым. Оно заставляло надеяться, нет, даже верить в то, что мне просто показалось, что на самом деле все не так плохо и не было никакого равнодушия…

И словно в ответ на мои мысли, дверь открылась, и в гостиную вошел Каллеман. Он был гладко выбрит, одет в один из своих неизменных черных костюмов и выглядел привычно мрачным и застегнутым на все пуговицы. Сейчас передо мной снова был неприступный глава магполиции, не знающий ни страхов, ни сомнений. Взрослый и бесконечно далекий."

"– Дерек с Лукасом еще не вернулись? – взглянул он на леди Кейт.

– Пока нет.