Ошибка леди Эвелин

Он выстрадал это правило собственной жизнью и отступить от него сейчас… Нет, невозможно. Да и Эви не нужно к нему привязываться и принимать произошедшее слишком близко к сердцу. Сделка. Всего лишь сделка. Так будет лучше для них обоих.

«Праверо!» – мысленно произнес заклинание, помогающее отсечь эмоции, отпустил Эви и шагнул назад, оглушенный внезапно наступившим бесчувствием. Контраст был таким разительным, что он едва не задохнулся. И это привычное состояние последних лет его жизни неожиданно показалось омерзительным. У него есть сердце. И оно способно чувствовать, чтобы там не говорила Аврил. Но с этим он разберется потом, а сейчас надо уходить. Если внутренние часы его не подводят, скоро полночь, значит, нужно быть наготове.

Он посмотрел на Эвелин. Волосы растрепались, из-под расстегнутого платья выглядывает шелковая сорочка, припухшие губы горят, как и щеки. А во взгляде… Рес!

Эрик не смог вынести той плещущей радости и любви, что лилась из широко распахнутых глаз, не был готов вот к этому – юному, безудержному, не умеющему скрывать свои чувства… Он беззвучно выругался и отвернулся. А когда снова рискнул посмотреть на Эви, в зеленой глубине было совсем иное. Растерянность, непонимание, боль, обида…

«Прости, девочка. Сейчас не время для чувств, да и не нужны они тебе, тем более, к тому, кто сам не знает, сколько ему осталось».

Он наглухо закрыл щиты, молча подошел к Эвелин и принялся застегивать крошечные пуговицы на платье. Одна, вторая, третья… Медленно. Очень медленно, продлевая миг прикосновения. Десять. Их было ровно десять. И когда последняя оказалась в положенной ей петельке, он, не сумев удержаться, поправил вьющуюся светлую прядь, нежно провел по ней пальцами и сказал:

– Нам пора.

Эви посмотрела ему в глаза и вскинула голову жестом, от которого все его заимствованное равнодушие готово было разлететься в прах. Но он смог взять себя в руки и прислушался к внешнему магическому контуру.

Его не было. Дерек с Лукасом сдержали слово.

– Идем, – с легкостью открывая портал, позвал он Эви, и та шагнула в расслоившееся пространство – хрупкая, с идеально ровной спиной и высоко поднятым подбородком. А он почувствовал невольную гордость за нее и одновременно – грусть. Сильная девочка. Он знал, ей сейчас больно. Очень. Но она боец. Кто бы мог подумать, что за нежной внешностью скрывается такая сильная воля? Эвелин. Белый цветок Артама, сильный и стойкий к любым капризам судьбы.

Он тоже сделал шаг, и портал схлопнулся, оставляя их с Эви в маленькой гостиной охотничьего домика – не гостиной даже, так, комнатушке.

– Наконец-то! – услышал он взволнованный голос и увидел поднявшуюся с дивана Кейт.