Осенний детектив

У нас будет трое детей, говорил Павел. Дом. Сад. Лужайка. Много денег. Мы будем путешествовать. Плавать в море. Принимать гостей. Сидеть у костра. Мы будем делать, что захотим. Ты мое чудо, поняла? Никому не отдам. Так и случилось, так и было.

Павел с фотографии смотрит с улыбкой. Фотография в серебряной рамочке всегда на тумбочке у ее кровати. Только проснулась, и сразу его взгляд и улыбка.

Она проводит пальцами по щекам, по шее, разглаживает морщинки. Осень… В природе осень, на сердце осень… Морщинки тоже осень. Впереди зима, снег, холод и одиночество. Дети разлетятся, она останется… доживать.

Ее взгляд падает на настольные часы: одиннадцать! Павел всегда звонил в одиннадцать. Два-три слова, прикосновение голосом, отбой. Анна вздыхает. Никто больше не позвонит в одиннадцать. Ее айфон издает заливистую трель, и она вздрагивает. Ее обдает жаром: Павел! Звонит Лиля. Как ты, мамочка? Голосок взволнованный, переживает. Хорошо, девочка, не беспокойся, я в порядке. Как ты? Она слушает отчет дочки про новые модели, про кофе с Ленкой, которая передает привет, про какие-то чепуховые мелочи. У Лили нарочито веселый голос, ей хочется подбодрить мать…

…Она сидела на скамейке под розовым кустом. Селекционная роза с крупными палевыми цветками, высотой в два ее роста, в облаке густого, сладкого, обволакивающего аромата. Не куст, а дерево. Большое розовое дерево. Жужжали пчелы и цветочные мухи. День был слегка пасмурный, мягкий и задумчивый. Не скажешь, что конец сентября. Но если присмотреться, то видно, что трава уже увяла и пожухла, а на розовом кусте обозначились первые желтые листки… неожиданно яркие. Но крупные кремовые цветки все еще хороши. Они достоят до декабря и поникнут только под тяжестью снега, превратившись в невиданные экзотические плоды-шары…

В такие дни хорошо вспоминается. Павел забрал ее из роддома… Ее и Володю, и привез сюда, в их новый дом. И она увидела дом впервые. Двухэтажный, с красной черепичной крышей, со стеклянной стеной в гостиной… От его красоты захватывало дух! Это сейчас таких много, а тогда раз-два и обчелся. И розовый куст! Тогда еще куст. И скамейка под ним…

– Тайная роза, – сказал Павел.

– Почему тайная? – спросила она.

– Так она называется. Сорт «Тайная вечеря». Красивая розовая тайна.

Она помнит, как у нее замерло сердце и вдоль хребта пробежал холодок. Тайна… Разве тайны бывают красивые? Ей показалось, он знает… Или догадывается. Сердце замерло и пустилось вскачь, и она глубоко, со всхлипом вздохнула. Много лет спустя встретила где-то в литературе фразу «сказать под розой», то есть «тайно». По секрету. Роза символ молчания. Что сказано под розой, останется под розой. А что подумано, тем более…

– Как тебе дом? – спросил Павел.