Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

Ближе к концу строя очередная дубина сильно врезалась ему в живот, Роджера согнуло пополам, и очередной удар обрушился на затылок. Он безвольно осел на снег, даже не замечая, как тот холодит голую спину.

Тонкая палка стегнула по бедрам, чудом не зацепив мошонку. Роджер рефлекторно поджал ноги, перевернулся и встал на четвереньки. Кровь из разбитых губ и носа капала на замерзшую грязь.

Он все же дополз до конца строя и, ухватившись за бревно на углу длинного дома, кое-как встал. Он повернулся лицом к индейцам – и им это понравилось, они засвистели и завопили, громко и пронзительно, как стая бродячих собак. Роджер отвесил им поклон, едва не упав, потому что голова шла кругом. Они загоготали еще громче.

Роджер всегда умел угодить публике.

Его отвели в дом, дали немного еды и воды, чтобы смыть кровь, а еще вернули рваную рубашку и грязные штаны – но не ботинки или пальто. В доме горело несколько костров, и потому было довольно тепло. Роджер забился в угол и уснул, прижав руку к твердой выпуклости в кармане бриджей.

После столь радушного приема индейцы практически не обращали на него внимания. Он стал рабом и выполнял приказы любого обитателя длинного дома. Если Роджер не понимал, что от него требуется, ему показывали на примере – только один раз. Если же он отказывался или делал вид, что все равно не понял, его избивали, и всякое желание упрямствовать пропадало.

Кормили раба, впрочем, той же пищей, что ели сами, и выделили вполне приличное место для сна.

В основном Роджер собирал дрова и таскал воду, иногда его брали на охоту, чтобы он помогал разделывать туши. Индейцы не стремились к общению с пленником, и все же Роджеру удалось немного освоить их язык.

– Ну спасибо, – пробурчал Роджер, перебирая густую свалявшуюся бороду. Он оскалился и зарычал, и индианки шутливо взвизгнули.

Мать одной из девушек обратила на него внимание: промыла рану на распухшей ноге, чем-то смазала и наложила повязку из лишайника и кукурузных листьев. Когда он приносил дрова или воду, она изредка перекидывалась с ним парой слов.

Бежать Роджер не пытался. В этих краях царила зима, снегопады и колючий ветер. Без оружия, теплой одежды, к тому же хромой, Роджер не ушел бы далеко. Он ждал. Ночами ему снились потерянные миры, и на рассвете он часто просыпался от запаха скошенной травы, чувствуя, как теплое семя выплескивается на живот.

Когда пришел иезуит, лед на реке еще не стаял.

Роджер в тот день был в лесу, собирал хворост, как вдруг собаки возвестили о появлении чужаков. Люди потянулись в деревню, и Роджер с любопытством пошел вслед за ними.

Оказалось, что прибыла большая группа могавков: и мужчин, и женщин, пеших и нагруженных тюками. Странным был уже сам факт их появления: прежде в деревню заглядывали разве что охотничьи отряды.