Призраки Орсини

Он подходит ближе и берет меня за руку, пытаясь поднять, но его прикосновение вызывает у меня острый приступ неконтролируемого гнева. Никогда не испытывала подобного. Бросаюсь на него, как разъярённое дикое животное, молотя кулаками, пинаясь и брыкаясь из последних сил, пока он пытается оттащить меня в спальню.

– Не трогай, не смей. Тошнит от тебя! – в ярости кричу я. – Как ты посмел? Ты омерзителен, ненавижу тебя….

Продолжаю сыпать оскорблениями, пока он спокойно раскладывает на кровати чемодан и собирает мои вещи, не обращая внимания на вопли, которые я издаю.

– Почему сейчас? Разве мало мне боли? Кому, нахер, нужна твоя правда? Зачем ты, вообще, появился, Орсини? Я бы забыла тебя, я почти это сделала. Зачем ты обманывал меня? Зачем? – со слезами на глазах спрашиваю я, снова ударяя его в плечо кулаком, но Дино не реагирует, не замечая моих жалких попыток вывести его на эмоции.

– Я не обманывал. Я просто не говорил правду. Гордиться нечем, как ты понимаешь. И меня можно понять, – бесстрастным тоном, отвечает он. Я от потрясения умолкаю на пару секунд.

– Понять? – истерично спрашиваю я. – Тебя понять? Господи, да мне дышать с тобой одним воздухом неприятно.

Он словно не слышит, методично продолжая собирать мои шорты и майки, и даже нижнее белье, в чемодан. Я резко и сильно толкаю его в сторону.

– Не трогай мои вещи своими грязными руками! – кричу я.

И кажется, мне удается пробить его стену. Дино смотрит мне в лицо сверкающими черными глазами.

– Грязными? – резко спрашивает он. – Когда я засовывал эти грязные руки во все твои отверстия, ты не была против. Что изменилось, мать твою, Андреа?

– Ты не понимаешь? Ты спишь с мужчинами!

– Я давно этого не делаю, черт побери.

– И мне, по-твоему, от этого должно стать легче?

– Я просто хочу сказать, что все, что происходило в прошлом, не имеет к нам с тобой никакого отношения!

– Да ты что! Серьезно? – я начинаю нервно смеяться. – Да ты гребаный гей и групповушник. Я что-то еще упустила, уже забыла, что там твоя любовница перечислила.

– Замолчи, – стискивая челюсти, бросает Орсини. По вздувшимся венам на его висках, я понимаю, что совершаю ту же ошибку, что недавно Эмилия. Пятой точкой чувствую, что его лучше не злить, но не могу остановиться. Меня несет, и чем дальше, тем все стремительнее.

– Не нравится слушать правду? А как еще назвать мужика, который трахается с другими мужиками? Ты поэтому меня два года не трогал? Не мог переступить через старые привычки? Господи, вот откуда в тебе эта склонность к ан…

– Замолчи, я сказал! – рявкнул Орсини, напугав меня до смерти.

– Я тебя ненавижу. Ненавижу! Зачем ты меня сюда привез? Зачем? – заскулила я, снова растекаясь от жалости к себе.