Призраки Орсини

И, к своему ужасу, я понимаю, что все это может быть правдой. Он никогда не говорил о своем прошлом, о себе. Ни слова. Ни единого слова… Словно ему было что скрывать, чего стыдиться. В моей голове не укладывается все то, что наговорила Эмилия. Я не могу, не могу осознать, что все сказанное имеет какое-то отношение к Дино. Мужчины, женщины, оргии… Я попала в сумасшедший дом, и вокруг все такие же психи и шизофреники, как я сама.

– Все сказала? – холодно спросил он, когда Эмилия с триумфальным выражением лица, повернулась к нему.

– Да, – самодовольно кивает она.

– Не пожалеешь? – в голосе слышатся опасные интонации, от которых в моих жилах леденеет кровь. Он угрожает ей. Неужели женщина не понимает, что играет с огнем? Что дразнит того, кого дразнить не стоит.

– Нет. Ты думаешь, наверное, что самый крутой? И самый умный? Но это не так, Орсини. Когда ты остынешь, то поймешь, что я оказала тебе услугу. Оставь девочку в покое. Она не для тебя. А я приму тебя любого. Не забывай об этом, пожалуйста.

– Тебе лучше уйти, Эм,

– Да, думаю, ты прав. – Эмилия улыбается немного криво из-за отека на левой щеке. Подходит и целует Дино в губы, а потом плавной походкой направляется к двери. Но на пороге оборачивается.

– Да, кстати, я приехала не на твою подстилку посмотреть, на самом деле. Мой муж в больнице. Врачи дают ему не так много времени, и он хочет тебя видеть. Тебе лучше не тянуть, – произносит она, прежде чем захлопнуть за собой дверь.

После ее ухода воцаряется тишина. Она длится бесконечность. Я слышу биение собственного сердца, каждый шорох внутри дома и снаружи, шум прибоя, порывы ветра, ударяющие в стекла. Равномерное дыхание Дино. Он выглядит спокойным. Убийственно спокойным. Я закрываю глаза, сползая по стене, и прячу лицо в ладонях. Нет. Я не плачу. Я просто не хочу сейчас никого видеть. Хочу исчезнуть из этого мерзкого мира, где нет ни капли святости.

– Я мог ее заткнуть, – в напряженной тишине произносит немного хриплый, уставший голос Дино. – Но я этого не сделал, потому что не смог бы сказать сам. Все это правда, Дреа. А теперь вставай, нам нужно собираться и вылетать. Сегодня. Я должен успеть застать мужа Эмилии живым. У меня есть к нему ряд вопросов.

Я продолжаю сидеть, не шелохнувшись. Он обращается ко мне так, словно я узнала, что год назад он сбил собаку на своем Астон Мартине, а не… Боже, я не могу даже в голове озвучить то, что выдала его блондинка. Хотя не его, раз она замужем. Что они за люди? И как могут так жить?

– Дреа, вставай. Времени мало. Я потом объясню тебе все, если захочешь… – последние слова звучат почти равнодушно, словно ему абсолютно все равно, что я думаю обо всем случившемся.