Опергруппа в деревне

Хоть это и милицейский произвол. Но вы бы знали дьяка, как знаем его мы…

* * *Яга встретила нас горячим самоваром, но допрос рекомендовала отложить до утра. Тем паче что и сам гражданин Груздев нелицеприятно заявил:

– Вообще ничего не буду говорить! А вот как сгину весь у вас, волков позорных, смертью безвременной, так ужо узнает государь, кто его волю царскую изменять дерзнул, а над слугой его верным надругался…

Черт его знает, обычно дьяк врёт естественней, чем делает всё остальное естественное… Но, с другой стороны, от Гороха тоже всяких сюрпризов ожидать можно, утром выясним. Наш парень уже дрых в сенях, временно задержанный (и надёжно связанный) аппендицит в рясе мстительно храпел рядом. А бабка, усадив меня за стол, заказала у домового варенье из зелёного ореха и начала наконец делиться соображениями:

– Уж больно путаный узелок завязывается, да ни один кончик наружу не торчит, и потянуть-то не за что… А ить чую, в деле сем весьма злой умысел имеется! Вот тока сути его я покуда не уразумела… Митеньку в колодец сунуть, тебя коровой напугать, меня, старую, до похмелья довести – это ж разве цель?

– Истинная цель – это испортить нам отпуск, – неуверенно предположил я.

Яга улыбнулась левым уголком рта, типа очень смешная шутка…

– Может, и так, Никитушка, а тока ты думал, кто нам эдаким благорасположением удружил? Дьяк Филька, боярин Мышкин али сам Кощеюшка? Мелковато болотце будет, чтоб там таких чертей крупной сетью ловить…

– Намекаете на то, что у нас по-прежнему нет состава преступления?

– Да составов-то хоть отбавляй! Признаки, приметы, улики, подозрения – всё есть, ан преступления нет как не было! Мы ж обычно любое свершившееся правонарушение рассматриваем, а профилактику стрельцы еремеевские проводят. Вот убьют тут кого-нибудь, так всерьёз и возьмёмся.

– Особенно если убьют Митьку или меня?!

– Тоже логично… – прикинув, пошла на попятный бабка. – Но всё одно труп нужен!

– Каво надо, я зарэжу, э? – с щедрым кавказским размахом уточнили из-под печки.

Я аж дёрнулся, а наша домохозяйка цыкнула зубом на домового. Тот извинился, сказал, что хотел как лучше, и, понизив голос, предложил свои услуги ещё раз, «савсэм бэсплатна, для такой жэнщины!»… Пока они сдержанно выясняли отношения, я тихо уснул там же, за столом. Сны были короткие, сумбурные и не запомнились.

Утро встретил с петухами… Ещё два дня, и я начну на них охоту. Или арестую всех по подозрению в заговоре, подлые птицы наверняка организовали нечто вроде закрытого профсоюза и получили указание от нашего гада из Лукошкина – портить мне кровь… Но это им даром не пройдёт! Я страшно отомщу… чем-нибудь… лучше тяжёлым… скоро… может быть, даже сразу после завтрака. Они меня просто ещё не знают…

А после завтрака был учебный допрос дьяка.