Операция «Слепой Туман»

— А что ж ты такой грязный, братец, — подумал Карпенко, — неужели ты угольщик?

— Александр Васильевич, — Карпенко опустил бинокль, — это японец, давай сигнал на «Принцессу Солнца», пусть примут чуть влево. А ты бери вправо — и полный ход, все двадцать девять узлов, будем брать. Да поднимите сигнал флагами: «Приказываю остановиться и лечь в дрейф», сначала попробуем по-хорошему.

Заметив русский военный корабль, японский угольщик не только не сбросил ход, но еще и прибавил пару узлов. По густому дыму, повалившему из единственной трубы, было очевидно, что изнемогающие от напряжения худосочные кочегары из последних сил бросают в ненасытные топки уголь.

— Не отвечает, Сергей Сергеевич. — Старший штурман резким движением сбил фуражку на затылок. — Упрямый, как баран!

— Сам вижу, ну-ка, БЧ-2, выстрел из сотки прямо по носу.

Дымное облако от разрыва зенитного снаряда ветер снес в сторону, но японский пароход продолжал упрямо пытаться скрыться.

— Состязания Ахиллеса с черепахой, ну-ну… — Карпенко обернулся к стоящему за его спиной командиру взвода морских пехотинцев. Значит так, товарищ старший лейтенант, эти придурки возомнили о себе Бог знает что. Бери оба катера и иди на перехват, если будет вооруженной сопротивление, мы вас прикроем из шестьсот тридцатых. На судне японцев зря не убивай, но действуй без лишнего риска, для меня будет симпатичнее труп японского матроса, чем твоего морпеха. Успеха!

— К черту, товарищ капитан первого ранга, — старший лейтенант Рагуленко молнией ссыпался по трапу, откуда-то снизу донесся его голос: — По коням, братцы! Первое отделение первого взвода — катер А. Первое отделение второго взвода — катер Б. Брюс, идете первыми, мы страхуем, не бзди — прорвемся!

Наш "Редан 900" под вой двигателей рывком выскочил из-за корпуса «Трибуца». Такому молодцу и шестьдесят узлов не предел, догоним японца как стоячего. В крови азарт охоты — догнать и разорвать. Левее и чуть сзади второй катер. Короткая рябь бьет в днище, все вибрирует, приходится пристегнуться, чтоб не вылететь за борт, и амортизировать ногами. И совершенно не страшно, что на катере не установлен Корд, который отдали «на усиление» танкеру. Мы в зоне досягаемости тридцатимиллиметровых автоматов Трибуца, а это еще те мясорубки, мало не покажется никому. Говорят, после них только фарш и ничего более, и теперь, раз война, значит, рано или поздно мы это проверим, на горе встреченным нами врагам.

Догнали! Да кто бы сомневался! А борт-то высокий, но ничего, прорвемся! Мы это отрабатывали однажды. А ведь там нам мешали не банальные японские матросы с подручными тяжелыми предметами, а самые натуральные сомалийские пираты с калашниковыми.