Операция \

Торопливый визит Волошина в Париж был замечен Крауминем, и через несколько дней на стол Менжинского легла очередная шифровка.

— Истинно говорится, что деньги не пахнут, — усмехнулся Вячеслав Рудольфович. Перечитал сообщение и вскинул глаза на помощника.

— Вы знаете историю этой общеизвестной мудрости? Её изобрели римляне, когда один из их императоров ввел налог на сортиры… Высокопринципиальные российские торговцы и финансовые тузы, категорически отвергающие идею восстановления монархии, готовы идти на союз с кирилловцами, если только представляется возможность выступить против нас. Вот и вся их принципиальность… Для нас любое объединение эмигрантских групп крайне нежелательно. Когда между собакой и кошкой возникает дружба, это всегда союз против повара. Зверям нельзя давать возможность сбиваться в стаю. Мы должны разобщать их. С этой точки зрения успешное выполнение Кулагиным полученного задания будет тоже иметь значение. У торгпромовцев самое чувствительное место — бюджет. Если те деньги, которые они дадут Волошину, будут растрачены кирилловцами впустую, не принесут торгашам ожидаемой политической прибыли, генерала Волошина и «императора Кирилла» они больше к себе не подпустят. Тут уж они нажмут на свои антимонархические убеждения.

— Тем более что, по имеющимся сведениям, торгпромовцы интересуются нашими концессиями, Вячеслав Рудольфович. Потихоньку готовят заявки и начинают за границей обхаживать представителей Наркомвнешторга.

— Боятся, что европейские акулы опередят их насчет концессии. Как говорится, дружба дружбой, а табачок врозь… Мы ведь уже не один десяток торговых соглашений заключили. Торгпром с таким фактом теперь вынужден посчитаться.

Несмотря на активное сопротивление эмиграции, Советское государство настойчиво и последовательно пробивало бреши в дипломатической блокаде, устанавливая нормальные отношения с миролюбивыми и дальновидными правительствами, утверждая де-юре Советской страны и вынуждая принимать новые социалистические принципы, положенные в основу советской государственности.

Международное положение страны укреплялось. Народное хозяйство постепенно оправлялось от последствий войны, разрухи, голода и бедствий.

Успехи были несомненные. Их признавали даже самые непримиримые наши враги. Но коммунист Менжинский не имел права обольщаться. Он находился на переднем крае невидимого и ожесточенного сражения и знал по немалому своему опыту подпольной и чекистской работы, что самыми опасными являются звери, загнанные в угол.

В Ницце теперь «выстрелят» и торгпромовские деньги.