Опера вызывали?!

Ради которой бы подвиги совершал, двенадцать, чтоб их… Мог себе позволить гулять! У меня ни жены, ни детей, кота тоже утром забрали. Я никого не насиловал и не принуждал. Жил, работал.

Я опустил голову, сделал глубокий вдох и жадно выпил воды. Лиля молчала, во все глаза глядя на меня. Серьезно, даже не моргая. И я видел в них суровую душевную борьбу, где на чаше весов было поверить мне или нет.

Глава 32

Глава 32

Лиля

Поверить Громову очень хотелось. До дрожи в коленях. Но как юрист я знала, что верить словам нельзя — только фактам, которые мы были обязаны несколько раз перепроверить.

Сердце подсказывало, что он не врет. Мозг же, встав в жесткую оппозицию, тут же напомнил о нашей первой встрече. И второй. А потом и третьей.

Я никогда не была мечтательницей, но искренне верила, что люди могут измениться. В конце концов, даже в Уголовном кодексе прописано, что человек, который раскаялся и понес наказание, больше преступником не считается.

Ровно до следующего преступления…

Которое еще нужно доказать…

Господи, почему все так сложно?!

Я изучала взглядом Громова, который ушел глубоко в свои мысли. Даже вилку до рта не донес. Я верила ему как специалисту. Знала, что он профи и фанат своего дела. И хотела бы учиться именно у такого, как он, потому что Потапов меня на выезды не брал, предпочитая сваливать на мои хрупкие плечи только бумажную работу.

Я снова покосилась на Гения. В его словах был смысл — он действительно был свободен на момент паркура по чужим балконам. И, наверное, никому ничего не обещал. Насколько я успела узнать Чингачгука — слово свое он держал.

— Давай знакомиться ближе, — выпалила я неожиданно для самой себя.

Гений тоже такого подвоха от меня не ждал, потому что поперхнулся и закашлялся.

Он сделал глоток воды, вдохнул, несколько раз моргнул и выдавил:

— По рукам! На свидание со мной пойдешь?

Он довольно сверкнул глазами.

— Пойду, — решила я с тяжелым вздохом."

"Евгений умиленно покачал головой:

— Я так понимаю, что первое свидание у нас будет в зале, да?

— Ты обещал научить, — напомнила я.

— Обещал — научу, — согласился Громов. — Ешь, а то сил не будет.

— Я ем, — сообщила я и даже помахала перед носом вилкой с наколотым на нее кусочком мяса.

— А ты где этому научился? — с набитым ртом полюбопытствовала я.

— Я у Медведева занимался в команде.

Медведев был тренером наших боксеров, в том числе и легендарной семерки. И, если верить словам парней, был не тренером, а настоящим зверем. И брал он к себе далеко не каждого. Только тех, в ком видел потенциал.

— Я с детства спортом занимался. Мечтал в спецназ пойти служить, когда вырасту, — улыбнулся Громов своим воспоминаниям.

— Не взяли?

— Сам не захотел. Поступил в универ, кстати, пельмешка… Странно, что я тебя на первом курсе не разглядел.