Опер с особым чутьем

Стол, на столе телефон, несколько табуреток, шкаф от пола до потолка, прикрепленный к стене. В углу лежало мертвое тело – сторож, небритый мужчина лет пятидесяти. Убивали его жестоко, весь в крови, левая скула отсутствовала, стреляли не только в грудь, но и в лицо. В противоположном углу на полу – сейф! Массивный, тяжелый, из нескольких слоев первосортной стали – такой подъемным краном не утащишь. А самое главное, закрытый! Остались следы от попыток взлома. Не повезло грабителям! Такие умные, изворотливые, а сегодня вот оплошали – видимо, считали, что этот ларчик им будет по зубам. Хоть что-то умное сделали давешние инкассаторы. Сторожа пытали, но откуда у него ключ? Возможно, нашли бы решение, но нагрянула милиция…

Он выбежал из кассы, бросился в темноту. События сместились к северо-восточной заводской окраине. Налетчики отступали, огрызались огнем. Неясные фигуры перебегали между строениями. Милиционеры крались, прижавшись к зданию цеха. Очередь прошла над головами. Выругалась Кира, стала вытрясать кирпичную пыль с ворота жакета. Павел рискнул перебежать – зигзагами, как в бытность на фронте, под огнем пулеметчика. Автоматчик не дремал, ударил по красивой мишени. Горин врезался плечом в кирпичную стену, в глазах потемнело от боли.

– Здесь так, – прокомментировал скорчившийся неподалеку Куренной, – не зевай, а то убьют. А ты не робкого десятка, Павел Андреевич, пулям не кланяешься.

– А чего им кланяться? – буркнул Горин. – Не такие уж важные персоны.

– Вадим Михайлович, за этим зданием пустырь! – прокричал Виталик Мамаев. – Дальше заводской забор и дорога! Уйдут же! Там такой забор, что лучше бы его не было – сплошные дыры!

– Кто-нибудь видел их лица? – прокричал Горин.

– Нет! – отозвался Саврасов. – Они, похоже, в масках. Но точно мужики… Организованно отходят, суки.

– Ну что, молодежь, будем их брать? – осведомился Шурыгин. – А то я с вами от скуки скоро сдохну. Рискуем потерять банду – она уходит, пока один из нее прикрывает…

На углу еще кто-то присутствовал, постреливал короткими очередями. Обходить здание было проблематично. Куренной принял решение:

– Савицкий, есть еще патроны в магазине? Стреляй, чтобы не высунулся. А мы пойдем по стеночке. Все усвоили? Кира Сергеевна, куда же ты прешь, словно не баба? Горин, не спи, давай за мной…

Это была последняя отчаянная попытка нейтрализовать преступников. Милиционер Савицкий долбил из автомата, разбивая в крошки водосточную трубу. Гусеница из людей тянулась, прижималась к фундаменту. Автомат замолк. Куренной помчался семимильными шагами, вытянув руку с пистолетом, Павел наступал ему на пятки. Выбежали за угол, рассыпались, залегли. Пустырь обрывался метров через сорок.