Вы признаны опасными

Мащенко в возбуждении вскочил.

– Хочешь сузить задачу, умник? – с насмешливой злостью осведомился он и возбужденно описал широкую дугу вокруг скамейки. – Окей! Имеем враждебный интеллект! И куда ты его приспособишь?"

"– Меня больше занимает другой вопрос, – вежливо сказал Урусов. – Что делать с человечеством, запаниковавшим при встрече с потенциально враждебным интеллектом. Это куда более интересный объект для изучения!

Витка, долго терзавшая в зубах одну из косичек, не выдержала:

– Дима, а в самом деле, что с ними сделают, с этими собаками?

Я невесело усмехнулся. Из тех обрывков разговора между Юргановым и мэтрами, что я уловил, сделать выводы было нетрудно.

– У-сы-пят! – по слогам отчеканил Саня. – И правильно!

Витка посмотрела на него. По-моему, от таких взглядов от стены должна отваливаться штукатурка.

– А что такого? – он пожал плечами. – У нас почти дюжина умных злобных тварей. Или ты думаешь, они будут показывать цирковые трюки? Слепых через дорогу водить?

– Мы же ничего о них не знаем! – резко сказала Вита.

– Зато Иноземцев знал! Не просто так он закрыл каждую на четыре засова!

– Мы не можем их усыпить! – она даже привстала от негодования. – Они умные! Они все понимают!

– Тогда они понимают, что сидят в тюряге! – возразил Саня. – И останутся там до конца своих дней. Ты готова обречь их на такое существование?

Вита вспыхнула:

– Твоя инициатива – это трусливая жестокость!

Мащенко отвесил шутовской поклон:

– Внимательно слушаю твои предложения!

– Для начала этих собак надо изучить!

– И что потом?

Вита осеклась.

– Знаешь, почему Иноземцев их запер? – наступал Саня. – Потому что зашел в тупик! Вывел ни к чему не приспособленный интеллект! Уж у него-то было время на изучение подопытных кроликов, то есть извини – собачек! Может, потому и помер, что разочаровался в деле всей своей жизни. – Он поднял указательный палец. – Точно! Иноземцев обнаружил корреляцию между уровнем интеллекта и агрессивностью и скончался, не вынеся удара!

– Чем тупее, тем злобнее! – взорвалась Витка. – Что мы и видим на твоем примере!

Я с силой хлопнул в ладоши. Два краснолицых спорщика уставились на меня.

– А вот на личности переходить не надо, – твердо сказал я. – Вита, выговор тебе.

Девушка сжала вторую косичку зубами с такой силой, будто хотела откусить.

– Кстати, а будь они глупыми, их можно было бы усыпить? – в пространство насмешливо спросил Саня.

– Дело не только в уме. – Патрик выпрямился. – Эти собаки – результат человеческого вмешательства.

– Ошибки!

– Пусть даже так. Это ничего не меняет. Уничтожить их – значит расписаться в собственной беспомощности.