Опасность

— Если вы правы и Келинг действительно убийца, возникает закономерный вопрос.

— Нельзя сбрасывать со счетов, что именно вы проводили расследование вместо Уислкрофта. Не кажется ли вам странным, что человек, проводящий расследование, наталкивается на месте преступления на улики, показывающие, что убийцей является близкий родственник?

Себастиан восхищенно улыбнулся:

— Моя дорогая, бывают случаи, когда я не знаю, чем мне восхищаться больше — вашим умом или вашей безудержной страстью.

— Да… Трудно сделать выбор. К счастью, я могу с равным успехом наслаждаться и тем и другим. Ну так вот, вы совершенно правы. Мы не должны думать, что мое участие именно в данном расследовании, где предполагаемым убийцей является член нашей семьи, простое совпадение.

— А откуда Келингу стало известно о вашем хобби?

— Если он узнал даже о любви Джереми к Лилиан, то у него поистине великолепные источники информации. Прюденс нахмурилась:

— Но кто мог ему сказать? Себастиан пожал плечами:

— Скорее всего Уислкрофт. Хотя не могу понять почему. Уислкрофт всегда еще больше меня старался держать мое хобби в тайне. Он предпочитает делать вид, что сам проводит расследование, чтобы потом все лавры достались ему.

— Ладно, по-моему, не важно, как Келинг узнал о вашем участии. Главное, узнал. — Прюденс с отвращением покачала головой. — И оставил на месте преступления вещественные доказательства вины бедолаги Джереми, надеясь, что вы обнаружите их и выясните, кому они принадлежат.

— Не могу, однако, представить, чтобы Келинг и в самом деле думал, что вы будете радоваться, если Джереми арестуют за убийство.

— Ну что вы, всем известно, что я не питаю любви к своим родственникам, — сказал Себастиан.

— Да, но Келинг должен понимать, что, несмотря на это, и для вас семья есть семья. И вы встанете на защиту Джереми.

Себастиан вскинул брови:

— Дорогая моя, иногда ваша наивность меня изумляет. Келинг гораздо более трезво, чем вы, смотрит на вещи. Ему известно, как я отношусь к остальным Флитвудам, и он имел все основания считать, что я и пальцем ради них не пошевелю.

Прюденс нахмурилась:

— Не смейте больше так говорить, милорд. Вы прекрасно знаете, что не допустите, чтобы Джереми повесили.

Себастиан улыбнулся ей:

— Ваша безграничная вера в мою порядочность не перестает меня поражать, моя дорогая. Прюденс сердито глянула на него:

— Что будем делать дальше? Мы не можем доказать, что Келинг убийца. Все, чего мы добились, — это не дали уликам против Джереми попасть в руки правосудия. В следующий раз может случиться, что нам так не повезет.

— Думаю, пришла пора поговорить с моим кузеном, — сказал Себастиан.

— Самое время, — заметил Себастиан. — Сейчас около трех ночи. Он наверняка в своем любимом клубе.