Опасность

Скромный вырез платья и коричневые розы, обрамляющие подол, — платье явно сшито в деревне. Ни одна модная лондонская портниха не сшила бы такой убогий наряд. А уж такую вещь, как веер, Прюденс, очевидно, считала совершенно ненужной. Она и не подумала раскрыть его и кокетливо обмахиваться, и он, как палка, болтался у нее на запястье. Да еще очки, делавшие ее и без того невзрачный облик еще более неинтересным и старомодным.

Но Себастиану удалось разглядеть за нелепым внешним видом Прюденс много интересного и привлекательного. Отец его был исследователем, изучающим обычаи чужедальних стран и народов, отличным знатоком своего дела. В поездки он всегда брал с собой семью и учил Себастиана искусству подмечать мельчайшие детали.

«Только по мелочам и узнаешь правду, — любил повторять Джонатан Флитвуд своему сыну. — Учись находить их».

Сегодня Себастиан отметил, что волосы Прюденс цвета густого золота. У нее полные губы, готовые в любую секунду раскрыться в улыбке, и забавный маленький носик. Твердый, решительный подбородок показался ему чрезвычайно занимательным. Но самое главное, он заглянул в бездонные озера ее глубоких глаз.

Он понимал, что рядом с великосветскими красавицами она во многом проигрывала. Ее нельзя было пока назвать бриллиантом чистой воды, и тем не менее сегодня вечером в танцевальном зале он ощущал только ее присутствие.

Себастиан мысленно, будто раздевая, провел рукой по фигуре Прюденс — стройная, и где нужно имеются округлости. Он достаточно нагляделся на нее в скромненьком бальном платье, чтобы увидеть, что каждая ее грудь как маленький спелый экзотический плод, который может отлично уместиться в его руке.

Ее запах — смесь свежих цветов со свойственным только ей ароматом — все еще витал в карете и кружил ему голову.

Вскоре он снова ее поцелует. Если бы у него была хоть капля порядочности, он подавил бы в себе это желание. Но какая может быть порядочность у Падшего Ангела? Вот так-то. Но Себастиан пока еще не понимал, каким богатством он сейчас обладает.

Он все больше ощущал вокруг себя серый мертвенный холод, готовый поглотить его целиком. Единственный способ забыться хоть на короткое время — это занять себя какими-нибудь невинными утехами. И чем скорее, тем лучше.

Но прежде, как бы там ни было, нужно уладить дело с братом Прюденс.

Карета остановилась перед дверью любимого клуба Себастиана. Он состоял членом почти всех самых изысканных клубов города, но только здесь чувствовал себя комфортно. Вероятно, потому, что его кузен никогда сюда не заглядывал.

Он вышел из кареты, поднялся по ступенькам и сразу окунулся в теплую атмосферу клуба — уютного убежища великосветских мужчин. Он появился в игорном зале, и несколько человек обернулись в его сторону.