Опасное влечение

— Да, Рустам, да, да, поехали скорее!

МАТВЕЙ"

"Сколько он уже бродит по этому чёрному лабиринту? Наверное, целую вечность… Везде тьма, чернильный мрак, который впитывается в его мозг.

Но он продолжает искать выход. Продвигается вперёд, заворачивает за угол и снова утыкается лбом в чёрную стену. Опять тупик… Куда же идти… Ужасно устал, сколько можно бродить, эти бесполезные движения отбирают последние силы, выматывают, каждый шаг отзывается жгучей пульсирую6щей болью во всём теле. Хочется всё бросить и успокоиться. Остановиться, а потом упасть назад, в бездну, которая давно раскрылась за спиной и ласково затягивает в свои вкрадчивые объятия.

Но Матвей продолжал упрямо двигаться дальше. Он должен найти выход из этого чёрного лабиринта, потому что точно знает — ещё что-то не сделал, что-то не завершил… Значит, не имеет права отдаться ласковой бездне, которая обещает блаженный покой.

Кто он, что он? Хотя бы имя своё вспомнить! Уцепился бы, как за путеводную ниточку, и выбрался бы из чёрного лабиринта.

Но он ничего не помнит.

В какой-то момент где-то далеко в сумраке вспыхнул неясный огонёк… Замерцал, позвал к себе… Матвей устремился в его сторону, но с размаху налетел грудью на очередное препятствие… Задохнулся от боли, захрипел… Огонёк угасал и вспыхивал снова, Матвей постоянно терял его из виду, но продолжал продвигаться к нему.

Силы заканчивались, накрывало отчаяньем, а потом подкрадывалось равнодушие. Да, он привык бороться до конца, но сейчас у него совсем не осталось сил… Наверное, он уже двадцать лет скитается по заколдованному лабиринту.

Если бы этот огонёк светил поярче… Но он так далеко…

И вдруг, словно отозвавшись на его беззвучную мольбу, маленький огонёк вспыхнул и стал приближаться, разгораясь всё сильнее. И вот он уже превратился в огромное солнце, сияющее над головой. Чёрные стены лабиринта рушились, падали, превращаясь в пыль, и исчезали. Ещё несколько мгновений — и мир вокруг наполнился светом, звуками и запахами.

Матвей открыл глаза и с хрипом втянул в себя воздух.

Глава 23

ДАША

— Даш, иди в гостиницу, отдохни. Ты уже вторые сутки тут сидишь. Знал бы, что ты такая… ещё бы подумал, везти тебя сюда или нет!

— Какая — такая? — испуганно посмотрела я на Рустама.

— Самоотверженная! И непослушная! Вот Матвей Николаевич очнётся и по башке мне настучит, что я о тебе не позаботился!

Было очень приятно думать о том, что Матвей вот-вот очнётся и даже сможет настучать по голове гиганту-тяжеловесу. Но тут же подступала горечь: когда это произойдёт, сколько нам ещё ждать?

Я отцепилась от Матвея — постоянно держала его за руку — сползла с кресла, в котором сидела с ногами, взглянула на монитор у изголовья кровати и направилась в туалет.