Опасное сходство

Сегодня Натаньел советует ей всерьез подумать о возможности выйти за сэра Руфуса… значит, какие бы чувства она сама ни испытывала к Натаньелу Торну, теперь всему конец!

— Лорд Торн! — резко произнесла она.

Натаньел плотно сжал губы, неодобрительно выпятил вперед подбородок и произнес:

— Желаю вам удачи во всех ваших… начинаниях!

Элизабет склонила голову:

— Желаю вам того же самого.

Натаньел с досадой понял, что говорить больше не о чем. И делать больше нечего. Они разные люди, которые встретились случайно. В силу разных обстоятельств они сошлись гораздо ближе, чем допускают приличия.

И все-таки…

— Элизабет…

— Натаньел, мы с вами уже попрощались, давайте не будем затягивать… — тихо и решительно ответила она.

Попрощались! Натаньел понял, что сейчас они расстанутся навсегда. Возможно, они еще и увидятся, но поговорить наедине им больше не доведется. Их встречи будут происходить в присутствии тети или Летиции, отчего их общение станет сухим и принужденным.

Натаньел понял, что заранее скучает по их словесным баталиям. По внезапным атакам и ловким уверткам, которые происходили во время их разговоров наедине. Но больше всего он жалел о том, что уже никогда не сможет сжимать Элизабет в объятиях, целовать и ласкать ее…

— Милорд, вынуждена просить вас покинуть мою спальню! — громко проговорила Элизабет.

Опомнившись, Натаньел сухо поклонился и холодно заметил:

— Ну что же, до ужина… Ведь мы с вами еще встретимся в столовой?

— Несомненно, — ответила Элизабет, делая книксен.

Выпрямившись, она посмотрела Натаньелу вслед. Он вышел из ее спальни подавленный, прекрасно понимая, что все их дальнейшие встречи до его завтрашнего отъезда будут встречами лорда Натаньела Торна, графа Осборна, и мисс Элизабет Томпсон, молодой компаньонки его тетки из благородной, но обедневшей семьи.

Глава 14

— К хочу знать, как это могло случиться… и почему это произошло!

Голос Натаньела звенел от еле сдерживаемой ярости, когда он смотрел на Черныша, лежавшего на соломенной подстилке. Судя по всему, жеребец страшно мучился от боли. Натаньел стиснул кулаки.

Финч, главный конюх Хепворт-Мэнор, разменявший шестой десяток, выпрямился. Лицо у него было почти такое же угрюмое.

— Милорд, скорее всего, он съел что-нибудь.

— Что он мог съесть? — Натаньел окинул внимательным взглядом других лошадей, которые с довольным видом жевали сено и выглядели вполне здоровыми.

Главный конюх покачал головой:"

"— Когда я вчера в одиннадцать вечера подходил к Чернышу, он выглядел здоровым, как обычно… Уж слишком быстро он захворал, чтобы предположить тут другое.

Еще до того, как войти на конюшню и отдать все необходимые распоряжения относительно его отъезда, Натаньел пребывал не в лучшем настроении.