Опасная красота. Поцелуи Иуды

Бабулечка, моя любимая, самый родной мой человек! Что теперь будет с тобой?

Жутко… Святые небеса, все кончено, кончено! Сейчас Трой расскажет, как застукал меня в своем кабинете, а я… Никогда в жизни не расскажу о том, что последовало вслед за этим. Если Итан узнает об этом, я просто не переживу…

— Я попросил мисс Калдер принести из архива кое-какие бумаги по медучереждениям, находящимся в районе Аддерли-авеню, — проговорил Трой, и я заметила у него невесть откуда возникшую папку. — Но она была довольно-таки нерасторопна.

Он положил папку в свой сейф и на глазах у всех закрыл его.

— На будущее, мисс Калдер, если мне что-то от вас нужно, выполняйте это сразу, а не когда рабочий день уже закончился, — не сводя с меня глаз, сказал офицер Трой и повернулся к Шенку. — Мисс Калдер любезно предложила мне себя… в качестве секретаря. А так, как я как раз хотел подыскать помощницу, это сама судьба. Да, мисс Калдер?

Я боялась, что голос сорвется, поэтому просто кивнула.

— У мисс Калдер получается слишком много обязанностей, — заметил комиссар. — Архив, стенография, теперь вот еще секретаршей у тебя…

— Пусть три часа работает в архиве и изредка стенографирует, я не против, — со своей всегдашней ухмылочкой отозвался Кастор. — Пока вы новую стенографистку не подыщете. Остальное время она вся моя…

— Ты, Трой, как всегда, уж больно быстрый, — проворчал Шенк, посторонившись, чтобы пропустить меня. — Заграбастал себе девчонку… Такой ценный кадр!

Комиссар не видел лица своего помощника, а я видела, и мое сердце, которое вроде бы как потихоньку возвращалось к нормальному режиму работы, снова ушло в пятки.

— Ценный, — повторил Кастор Трой, и от его паршивой улыбки мне стало дурно. — О да…

ГЛАВА 6

Исповедь"

"— Монечка, маленькая моя! Опять припозднилась, ну что ты будешь делать? — бабуля суетливо встречает меня в нашей крошечной прихожей, чуть ли не силком отбирая пальто. — А у нас гости! Проходи скорее, ясочка, и за стол! Скорее все за стол! Ох, ты святые угодники, у меня же там пирог!

Бабушка умчалась на кухню, а я скинула боты и, уже предчувствуя неладное, прошла в коридор, в котором наткнулась на Александра Брента, собственной персоной. Человек, которому я на данный задолжала столько денег, сколько даже представить не могла, был не один, а с целым семейством.

Полноватый молодой человек в очках, его жена — очень худая блондинка в безумных кудряшках, обрамляющих лошадиное лицо, и их отпрыск, светловолосый мальчик лет семи — лицом он пошел в маму, а полнотой — в отца. Он ел батончик-конфету — и рот, и руки его были в шоколаде.

— Квартира, конечно, неплохая, но требует капитального ремонта, — выговаривала блондинка Бренту, не то, чтобы не поздоровавшись — абсолютно не обратив никакого внимания на меня.