Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

Он смотрит мне в глаза и позволяет какой-то девушке расстёгивать ему пуговицу на брюках. А сам, расслабленный, засовывая сигарету в рот, играет мышцами, вновь показывая свои красивые татуировки. За две недели я выучила каждую. Знаю, где какая.

А сейчас хочется забыть. Обо всём.

— Привет, — вдруг проговаривает.

А я не отвечаю. Делаю шаг назад. И вылетаю из квартиры, вытирая рукавом куртки струящиеся по щекам слёзы.

Ясно.

Стоило мне бросить его и сказать, чтобы никогда не появлялся в моей жизни, он теперь… ловит кайф от того, что какая-то баба будет делать ему минет?

Подонок.

Ублюдок.

Да чтобы он…

Осекаюсь, забегая в лифт.

Нет, я сама виновата. Я этого хотела.

Чего? Сделать ему больно? Тогда почему грудную клетку раздирает в клочья у меня, а не у него?

Сжимаю кулаки и проклинаю ту секунду, когда решилась выйти из машины и подняться к нему.

Зачем я вообще сюда приходила?..

Булат

— Зачем пришла? — отворачиваюсь от Сашковой, запуская в свою квартиру. Подхожу к своему мини-бару, который расставил на журнальном столике перед диваном.

Пей что хочешь! Вот тут виски, тут коньяк, здесь ром. Качественные, вкусные. Не паль!

Надо было мне пойти в рекламщики.

Хватаю бутылку со стола и падаю на диван. Рассматриваю пейзаж за окном. А что мне, на Ольгу смотреть?

Она, вон, и так весь обзор перекрыла своей фигурой в красном комплекте.

Не понял.

Чего эта она голая такая? В кружевном красном белье, бежевом пальто и… сапогах.

Невольно прослеживаю мокрую дорожку от её ног до двери.

— Мыть сама будешь, — грубо кидаю. Только вчера горничная приходила, всё здесь намывала! А сучка эта так труды чужие обесценивает.

Кстати, она чего вообще припёрлась?

Я дверь открыл, спросил, что она здесь делает, а она зашла.

— Булат, ты чё? — спрашивает с недоумением, скидывая пальто. Свинья какая-то.

— Я ничего, — хмыкаю, делая большой глоток вискаря. И тут же морщусь, ощущая привкус спирта во рту.

Невкусно, но так хорошо…

— Это ты, дура, зимой одежду забываешь надевать.

Вот моя Улечка в штанах тёплых ходит. И в куртке длинной, чтобы попу не заморозить. И шапка обязательно с шарфом. Всё же не малолетка уже.

Стоп. Уже не моя.

Не моя…

Делаю ещё один глоток."

"С братом моим спелась. Аборт сделала. И меня на хрен послала.

Нет, заслужил. Херню за её спиной творил.

Но разве ребёнок виноват?

Уже нет. Нет его больше!

Дрянь.

Моя маленькая любимая дрянь.

Откидываю бутылку назад, прикрывая глаза на звук битого стекла.

— У-у-у-у, какой ты напряжённый, — незваная гостья вдруг садится передо мной на колени. Опускает ладони на мои бёдра, сжимая их. — Давай расслаблю. Мы так давно с тобой не виделись… Я соскучилась.

— Дура, что ли? Встань, — кидаю со сталью в голосе.

Я хоть и бухой, и трахаться хочу, но с кем попало делать это не буду.

М-да, Басманов, совсем с ума сошёл.