Опальная жена. Пекарня на краю севера

Сердце споткнулось, пропустило удар и тут же заколотилось с бешеной силой, отдаваясь гулким набатом в висках.

Как? Когда этот несносный дракон успел вонзить в моё сердце шип? Может, это случилось в тот момент, когда Март признался, что именно Виктор придумал дурацкий, но сработавший план с дровами? Или ещё раньше?"

"– Что ты делаешь у меня дома? – я вскинула подбородок и скрестила руки на груди – привычный защитный жест, создающий иллюзию брони там, где её не было и в помине.

Была ли я рада его видеть? Безумно. До предательского трепета в груди. Но он не должен об этом догадаться. Не так просто.

– Почему ты уехала?

– А почему ты не приехал?

Мы не отвечали на вопросы друг друга. Мы задавали новые, словно фехтовали на рапирах. Это была странная игра, правил которой не знали.

– Я должен был убедиться, – наконец произнёс Виктор. – Убедиться, что тебе больше не будет угрожать опасность. Драммонд был из тех, кто не сдаётся. Его нужно было дожать. Вырвать угрозу с корнем. Окончательно. Теперь… всё действительно кончено.

– Если всё хорошо, и мне больше ничего не угрожает, то зачем приехал? – не сдавалась я.

– Я так и не сказал тебе спасибо. Ты спасла меня.

Вот как! Дошло-таки!

– Всегда пожалуйста, – бросила я нарочито равнодушно. – Надеюсь, на этом наша беседа исчерпана?

При этом меня до смерти терзал совершенно неуместный вопрос: каким немыслимым образом ему удалось починить ванну? Впрочем, я решила, что эта загадка может и подождать.

– Невероятно, – выдохнул Виктор.

– Что именно?

Артейр сделал один крошечный шаг. Его взгляд обволакивал, лишая воли.

– То, что ты становишься просто невыносимо привлекательной, когда злишься.

Я почувствовала, как у меня снова зарделись щёки. Вот и вся моя оборона. Разрушена одной фразой.

– И это всё, что ты хотел сказать?

Виктор не двинулся с места, но одного его присутствия было достаточно, чтобы заполнить собой всё пространство, вытесняя воздух из моих лёгких.

– Нет, – хрипло произнёс он. – Я хотел сказать, что пока разбирался с делами в столице, я запрещал думать о тебе. Сознательно. Потому что, если бы я позволил себе это, я бы бросил всё к демонам. А я не мог. Не тогда.

Виктор сделал ещё один шаг, поглощая разделявшее нас пространство. Медленно, словно давая мне время сбежать, хотя мы оба знали, что бежать некуда.

– Я приехал в поместье, но тебя там уже не было, – рука Артейра медленно поднялась, заставив меня замереть, как зверушку, попавшую в капкан.

Я ждала чего угодно: грубого рывка, властного захвата, боли, которая отрезвит и вернёт в реальность. Но его пальцы лишь невесомо, почти благоговейно коснулись моей щеки. Виктор чуть нахмурился, осторожно очертив контур тонкого, ещё свежего пореза от осколка вазы.

– Пришлось обернуться в дракона.