Иван Опалин

И дал ему документы, наверное, своего сына, раз по ним он Авилов Андрей Игнатьевич… И всегда он был щеголем — вон как на скамейке сидит… Но не это самое скверное. Скверно, что жена его, Ольга Алексеевна, тоже не умерла. И мало того что не умерла, но несколько дней назад бросалась на меня с топором"".

Глава 29

Бегство

Он пообедал в компании Вежиса в тесной столовой, где всегда было темновато и столы почти касались друг друга, и хотя любил простую пищу — те же сырники, — даже не заметил их вкуса. Опалин был недоволен собой. На память ему приходили разные мелочи из последнего разговора с Авиловым, и он даже вспомнил, как тот переменился в лице, едва Иван упомянул, что Сонька рыжая, как стал забрасывать его вопросами о ней, перемежая их другими, не относящимися к делу, чтобы собеседник не догадался об истинной причине его интереса. ""И я ничего не заметил! — думал Опалин сердито. — Хвастался, как дурак… и каково ему было слушать, как я с ней дрался… Наверное, он убить меня желал за мою болтовню. Совершенно я не разбираюсь в людях… и что я вообще делаю в угрозыске? Валя прав: гнать меня в шею надо…""

Антон Францевич старался оживить беседу, но быстро заметил, что Иван думает о чем-то своем и отвечает невпопад.

— Ваня, что-то не так? — спросил Вежис напрямик.

Опалин покосился на собеседника. Он колебался между желанием выложить все как на духу — и в то же время воспоминание о слове, которое он дал Авилову, удерживало его. Поэтому он повел плечами и пробурчал что-то о том, что здоровье Селиванова ухудшилось, и вчера врач сказал, что если его в ближайшее время не переведут в санаторий — где-нибудь, где сейчас тепло…

— Ну ты же понимаешь, что от этой болезни не выздоравливают, — сказал Антон Францевич со своим обычным благодушным видом. Опалину вдруг неудержимо захотелось ему врезать, и он даже спрятал руки под стол, чтобы Вежис не заметил, как они сжимаются в кулаки. — Если хочешь, можешь сегодня уйти пораньше, я не возражаю.

""Может быть, поговорить с Петровичем? — думал Опалин. — Или с Бруно… — Но ему не хотелось открываться немцу. Он никак не мог простить Келлеру, что тот его ударил, когда он уже не мог ответить. — Сказал ли я Авилову, в какой больнице его жена? Нет, не сказал… Но он и без меня может все узнать, конечно. А когда узнает, то обязательно придет за ней. Двух бандитов он убил и не поморщился… и чего я жду? Чтобы из-за меня убили товарищей, на этот раз на самом деле?""

Наскоро допив теплый чай, он вскочил из-за стола.

— Извини, я… В общем, пока! — крикнул он, удаляясь. Вежис поглядел ему вслед и пожал плечами.

В кабинете Петровича не было, Опалин бросился искать его — и наконец нашел на другом этаже, где Логинов обсуждал с коллегами какой-то заковыристый случай.