Иван Опалин

За то сравнительно недолгое время, что Казачинский проработал в кино, он усвоил, что там все в контрах и грызутся друг с другом, но ему не хотелось развивать эту тему, тем более что он видел, что сидящие в кабинете сотрудники угрозыска прислушиваются к тому, о чем беседуют новички.

— Нет, просто там разные люди работают, — уклончиво ответил Юра.

Однако Яша надолго оседлал тему кино и, не обращая внимания на иронические взгляды коллег, выложил собеседнику все, что думал о современном кинематографе, включая Эйзенштейна, Козинцева и актрису Орлову[61].

— А лет через 50 все фильмы будут не только звуковые, но и цветные, — добавил Яша с увлечением. — И газеты будут выходить с цветной печатью, а не как сейчас. Кстати, ты не читаешь ""Литературную газету""? Ты тоже думаешь о ремаркизме, что он вреден?"

"От сестры Лизы, которая любила книги, Юра слышал, что есть такой писатель Ремарк и он немец, но романов его не читал и уж тем более не знал, что существует такое, по-видимому, вредное явление, как ремаркизм. Поняв, что собеседник совершенно не в курсе, Яша оживился и прочел ему целую лекцию, чем окончательно запутал Казачинского.

От углубления в дебри современной европейской литературы Юру спас Опалин, который заглянул в кабинет незадолго до обеда. Иван поинтересовался у коллег, не съели ли его новичков, отпустил еще пару шуток и немного разрядил атмосферу.

— Яша, — спросил он у Кауфмана, — книжки все еще у тебя? Вот что: дай-ка ты Юре для начала УК[62], УПК[63], ""Криминалистику""… что еще? А, ну да, словарь тоже.

— Может, ""Юрминимум"" или Громова добавить? — с надеждой предложил Яша, роясь в залежах томов на своем столе.

— Не. — Опалин мотнул головой. — Пусть сначала вызубрит УК и учебник прочитает. Да, и словарь тоже учить — наизусть.

— Что за словарь? — робко поинтересовался Юра, когда Опалин скрылся за дверью, а Яша плюхнул ему на стол стопку зачитанных до дыр книжек.

— Уголовный жаргон, — коротко ответил Яша.

Смирившись, Казачинский открыл словарь и увидел на титульном листе надпись: ""Народный комиссариат внутренних дел. Не подлежит оглашению"". Полистав несколько страниц, Юра выяснил, что балалайкой у преступников зовется револьвер, бакланом — неопытный человек (как аккуратно выразился составитель словаря), граммофоном — собака, а гостиницей — тюрьма, после чего ему как-то расхотелось читать дальше.