Иван Опалин

— Пошли, — скомандовал Сандрыгайло и зашагал впереди.

Уполномоченный засеменил за ним, обливаясь потом и крепко сжимая портфель. Будрейко замыкал шествие.

Все трое вошли в здание банка. Автомобиль угрозыска застыл у обочины.

По улице прогромыхали дрожки. Проехал грузовик. За ним показались двое милиционеров верхом на лошадях. Лениво перебрасываясь словами, они покосились на краснолицего Парамонова, который с двумя сотрудниками остался в машине, и медленно двинулись дальше. Копыта лошадей степенно постукивали по мостовой.

Время ползло еле-еле, а потом словно остановилось и застыло, как желе.

Возле здания банка материализовался слепой нищий в одежде, представляющей из себя сплошные лохмотья. Его живописная седая борода спускалась до самого пояса. Вдобавок он хромал на одну ногу и выглядел настолько жалко, что рука сама тянулась к кошельку.

Парамонов нахмурился.

— Гони его в шею, — велел он одному из своих спутников. — Не хватало еще, чтобы он под ногами путался… Откажется уйти — прими меры для ареста."

"Агент угрозыска вылез из автомобиля и подошел к нищему. Последовала короткая перебранка, из которой следовало, что нищий отдал здоровье за процветание Советского Союза, что он сражался на всех фронтах социалистической родины и пострадал так, как не страдал ни один человек, а значит, имеет право побираться, где ему угодно. В конце концов агенту угрозыска надоело спорить с упрямым стариком, и он достал свисток.

Заслышав свист, верховые милиционеры повернули обратно, но нищий их опередил. Только что он стоял на месте, тряся седой головой, и внезапно рванул прочь с пугающей воображение скоростью. Он мчался, как серна, как мысль, как поезд-экспресс. Если бы сейчас в Ялте проводили забег всесоюзного значения, нищий бы играючи обошел всех профессиональных спортсменов.

Крича что-то невразумительное и улюлюкая, верховые милиционеры погнались за бегущим, но хотя они были на лошадях, а тот, кого они пытались схватить, казался древним стариком, израненным и к тому же слепым, он оставил их в дураках. Добежав до городского сада, фальшивый нищий одним прыжком перемахнул через ограду и затерялся среди деревьев, кустов и цветников.

Красный как рак агент угрозыска вернулся к Парамонову и развел руками.

Николай Михайлович нахмурился.

— А ведь это может быть отвлекающий маневр, — сказал он сквозь зубы. — Ну-ка, проверь, как там Матвей Семеныч…

Агент угрозыска сунулся в банк, но все было в порядке.

Кауфман подписывал бумаги о получении денег и, тщательно пересчитав купюры в каждой пачке, укладывал ее в свой портфель. Возле него маячили Сандрыгайло и Будрейко, потея от бдительности.

— Все в порядке, — доложил агент, забираясь в автомобиль.