Иван Опалин

— Послушайте, я не хотел вас подводить… Но Нюра вбила себе в голову черт знает что. Она боится, что со мной что-то случится… что я могу погибнуть, и наша свадьба не состоится… Я не могу, — беспомощно закончил он.

— Хорошо, — оборвал его Борис, багровея. — Я сам исполню этот чертов трюк!

Тася, которая находилась в номере и слышала весь разговор, замерла от ужаса.

— Боря…

— Ты слышала, что я сказал! — выпалил Винтер в бешенстве. — Свободен! — крикнул он актеру.

Еремин поглядел на жену режиссера, едва заметно пожал плечами и вышел.

На следующее утро Вася позвонил в номер Бориса и доложил, что день обещает быть совершенно ясным, то есть никаких препятствий для натурной съемки не предвидится.

Кеша подогнал к входу «Изотту Фраскини», и, наскоро позавтракав, режиссер, оператор и ассистент укатили на место — наблюдать за подготовительными работами к трюку.

Милиция выставила оцепление и отогнала зевак, после чего пожарные начали манипуляции с канатом, который надо было протянуть между крышами так, чтобы он не отвязался и не оборвался, и вдобавок так, чтобы не лишать Нольде самого выгодного для съемки ракурса.

Оператор то и дело чертыхался и жаловался на то, как ему неудобно без помощника. Меж тем прибыли остальные члены съемочной группы, а с ними — улыбчивый парень в серых штанах, клетчатой рубашке и светлой кепке. Он излучал обаяние и с ходу засыпал всех словами.

— Я Ваня, — представлялся он каждому, кто обращал на него внимание, — из газеты «Красный Крым». Очень приятно! Я вообще впервые на съемках, а раньше я все о международном положении писал. У вас тут очень интересно!

— Это, Ваня, еще что, ты подожди, когда настанет полдень, — ехидно заметил фотограф, поглядывая на небо. — Тогда тут станет совсем интересно…

— А это та штука, которой снимают, да? — Репортер указал на камеру, с которой возился Нольде.

— Это съемочный аппарат, — строго заметил Пирожков. — А если вы будете называть его штукой, Эдмунд Адамович съест вас без соли."

"— Кто такой Эдмунд Адамович? — наивно спросил Ваня.

Гример понял, что над новичком придется взять шефство, и принялся терпеливо растолковывать ему, кто есть кто на съемочной площадке.

Сергей, усмехнувшись, отошел к худой коротко стриженной девушке, которая отчаянно дымила, зажав в зубах папиросу.

— А это актриса? — перебил Пирожкова Опалин, указывая на нее.

— Нет, это Валя Дружиловская, костюмерша. Хорошая девушка, но…

Ваня с любопытством посмотрел на старого гримера, ожидая продолжения.

— Хорошая девушка, — повторил Пирожков.

Беляев шепнул что-то Вале, она в ответ только фыркнула и отвернулась.

— Не везет нашему фотографу, — не удержался гример. — Он к ней неравнодушен, а Валечка… По-моему, она влюблена в Володю.