Иван Опалин

Свернув на просторную улицу Горького, Храповицкий рванул к Тверской заставе, за которой начиналось Ленинградское шоссе.

— Он уходит из города! — бушевал следователь.

— А я что могу сделать? — крикнул в ответ шофер.

Ругаясь последними словами, Соколов выбил стекло и высунулся в окно.

— Быстрее, ну! Что ты тащишься…

— Александр Владимирович, — уже умолял шофер, — оттепель же! Гололед! Мы перевернемся…

Он кричал еще что-то, но Соколов, не слушая, прицелился и трижды выстрелил — по шинам и по кузову.

— Промазал! — рявкнул он в бешенстве, валясь на сиденье.

— Горит! — закричал шофер. — Он горит…

Соколов высунулся в окно и действительно увидел над кузовом угнанной машины языки огня. Фургон завилял на дороге — Храповицкий явно не мог справиться с управлением.

А в следующее мгновение следователь увидел летящий по встречной полосе троллейбус первого маршрута — прекрасный двухэтажный троллейбус, сверкающий огнями.

Фургон развернуло на скользкой дороге и швырнуло в троллейбус, прямо в центр салона. Заскрежетал металл, с хрустом вылетели из рам стекла, токоприемники сорвались с линий. От удара троллейбус отлетел на несколько метров и, нелепо закрутившись, остановился. Фургон, из которого валил черный дым, тоже не двигался. Улица вокруг взорвалась истошными криками.

— Остановись! — приказал Соколов шоферу. — Стой, стой!

Машина затормозила прямо посреди улицы, и следователь, держа наготове пистолет Опалина, бросился к фургону. Поразительно, но Храповицкий не погиб при столкновении и даже ухитрился вылезти из кабины. Окровавленный бандит уже успел выбраться на асфальт, когда подбежавший Соколов в упор разрядил в него все патроны, остававшиеся в обойме. Храповицкий покачнулся и упал бесформенной грудой. Взгляд его застыл, изо рта его показалась струйка крови.

К месту происшествия, отчаянно свистя, от ближайшего поста бежал милиционер. Переложив пистолет в левую руку, правой Соколов залез в карман и достал удостоверение. Милиционер, совсем еще молодой мальчик, с опаской косился на его форменную шинель, на оружие, на перекошенное лицо. Свою фуражку следователь потерял во время погони и даже не заметил этого."

"— Соколов, следователь по важнейшим делам, — проговорил Александр скороговоркой. — Преследовал опасного преступника, застрелившего сотрудника МУРа. Вызовите… вызовите «Скорую»… скорее… в фургоне водитель, он ранен или убит… в троллейбусе… в троллейбусе люди…

И он побрел к троллейбусу, мысленно приготовившись к тому, что его ждет. Час пик — полный салон — многочисленные человеческие жертвы, изуродованные женщины, рыдающие дети. Дым, который все еще валил от фургона, мешал ему разглядеть все хорошенько и, услышав чей-то стон, он остановился.