Опаленная судьбой

К тому моменту, как Леон закончил свои объяснения, Николас стал похожим на мальчика, чьи заветные мечты осуществились.

Не удивительно, что Хелен парализовало чувство бессилия. Этот человек использовал шантаж без малейшего стеснения. Ушел Аристидес после полудня, взяв с нее обещание встретиться с мистером Смитом.

Глава 5

Хелен посмотрела на свое отражение в зеркале и застонала. Почему, ради всего святого, она отдалась на волю Николасу? Ребенок, что он понимает в одежде? Кукольный наряд считает верхом совершенства. Николас увидел в журнале платье, похожее на то, в которое была облачена фея с рисунков в его спальне, и решил, что его ненаглядная Хелен должна носить именно такое. Ведь свадьба — это сказка. Малыш, если хотел, мог быть упрямее осла, и, уступив его требованиям, Хелен купила наряд по пути из конторы мистера Смита.

Две недели пролетели в хаосе и неразберихе. Трэси и другие друзья из отеля организовали для Хелен вечеринку и завалили ее подарками: откровенным кружевным нижним бельем, от вида которого у нее рдели щеки как маков цвет.

Леон звонил регулярно и примчался за неделю до торжества, уладил дела с домом и вещами, провел полдня с Николасом и в шесть часов улетел в Париж.

Его секретарь Алекс Стакис прибыл утром в пятницу, чтобы сопроводить их с Николасом в Афины на частном самолете. Очевидно, Леон был слишком занят, что сыграло на руку Хелен: чем реже они встречаются, тем лучше. У этого человека будет меньше возможностей гипнотизировать ее. От его прикосновений и взглядов у нее внутри все замирало, а тело охватывала приятная нега. Вечером, когда они оба укладывали мальчика в постель, Леон настоял на совместном ужине. Она не испытывала большого желания проводить лишний час с будущим мужем, но спорить при ребенке не стала.

Леон оставался предельно вежливым, и беседа главным образом касалась свадебных хлопот. Каждый раз, когда его темные глаза останавливались на ней, ее охватывало смущение и краска заливала бледные щеки.

Этот человек без особых усилий заставлял ее чувствовать необычное физическое томление. Единственным утешением для нее стала мысль, что Леон не увлечен ею, а значит, все, что от нее требуется, — это сохранять контроль над эмоциями и сконцентрироваться на счастье Николаса.

Хелен еще раз взглянула в зеркало и криво улыбнулась. По достоинству оценить ее наряд может лишь ребенок, но никак не зрелый мужчина. Рукава у платья были длинными и широкими у запястья, лиф, подчеркивающий тонкую талию, украшали серебряные нити, юбка на обручах спускалась до щиколоток. При малейшем движении юбка колыхалась и открывала взору туфли с загнутыми кверху носами.

Дверь приоткрылась, и появились Николас и Анна, высокая седовласая женщина шестидесяти лет.

— О, Хелен, ты такая красивая.