Она под запретом

 — Наш отель становится популярным местом.

Арсений мою игру не поддерживает и смотрит на меня так, будто мы расстались полчаса назад.

— Ты со всем здесь закончила? Можем ехать?

Я успеваю заметить промелькнувшее удивление во взгляде Миши, которое он мгновенно маскирует вежливой улыбкой. В груди разбухает ком тревоги. О чём Арсений вообще думает? Его нисколько не заботит, какие могут поползти слухи? «С другой стороны, нас ведь связывают Луиза и Пётр, — успокаиваю я себя. — Логично, что у меня и Арса могут появится общие дела».

Помахав Мише рукой, я иду за Арсением к выходу. Ясно одно: он точно приехал не для того, чтобы что-то мне передать. В остальном меня по-прежнему гложет неизвестность. Он просто довезёт меня домой? Или мы куда-то съездим? Как же с ним непросто: постоянно молчит.

Я сажусь к нему в машину и, выждав, когда он заведёт двигатель, осторожно уточняю:

— Куда мы едем?

— В «Севичи», — бросив на меня быстрый взгляд, Арсений поясняет: — Ресторан на Мясницкой.

Мы едем в ресторан. Я и он. Живот начинает волнительно покалывать, а голову атакует новое жужжание. Место наверняка пафосное и дорогое — Арсений в другие и не ходит, — а на мне скромное офисное платье и минимум косметики.

— Я не совсем одета для ресторана, — я нервно разглаживаю подол. — Может, стоит заехать переодеться?

Синий взгляд прослеживает моё движение и поднимается выше, к глазам.

— Не нужно. Выглядишь хорошо.

Я неловко накидываю на себя ремень и отворачиваюсь к окну. В груди бушует самый настоящий ураган, мысли путаются. Всё происходит будто не со мной. Мы едем в ресторан, а Арсений только что сделал мне комплимент.

К счастью, «Севичи» совсем не выглядит пафосным. Стильным и дорогим — да, но не настолько, чтобы чувствовать себя не в своей тарелке. Арсений здесь явно уже бывал. Он придерживает меня за талию, когда я, растерявшись, пытаюсь пойти не в ту сторону, и уверенно направляет в конец зала.

— Вина сразу принесите, — ещё до того, как я успеваю удивиться, что он вдруг решил выпить, Арсений смотрит на меня: — Ты какое предпочитаешь?

— Красное сухое. Мерло.

— Бокал мерло и бутылку воды без газа.

— Предлагаешь мне пить вино одной? — спрашиваю я, после того как официант уходит.

— Что делать, если я не пью, а ты от волнения можешь упасть в обморок, — Арсений откладывает меню и сосредотачивается глазами на мне. — Советую заказать утку и гаспачо с клубникой. Эти блюда проверены лично мной.

Мне хочется сказать что-нибудь в свою защиту. Например, что моё волнение — это его домыслы, и в доказательство отказаться от вина. Какой он всё-таки сложный. Разве это нормально — говорить всё, о чём в данный момент думаешь? Правда хороша тогда, когда она не обижает других. Но Арсений, конечно, об этом не знает.