Она под запретом

Мысли, мысли, много мыслей… Почему он так пристально смотрит? Сильно ли опухло от сна лицо? На что похожа моя причёска? Самому Арсению повезло: у него короткие волосы и явно нет склонности к отёкам, судя по тому, каким свежим он выглядит.

Да, ночью всё проще: сознание засыпает и на первый план выходят эмоции. Утром по-другому. Мозг выключить невозможно.

— А ты? — спрашиваю первое, что приходит на ум.

— Сны мне не снятся, поэтому я всегда хорошо сплю.

— Я забрала у тебя одеяло, — я виновато стягиваю его с колен, но, вспомнив, что на мне по-прежнему нет белья, возвращаю на место. — Мама говорила, что со мной тяжело спать.

— Вряд ли у тебя получилось бы что-то у меня отобрать, — насмешливо произносит Арсений, скользя по мне взглядом.

Внизу живота судорожно сжимается, горло будто сдавило невидимой ладонью. Я знаю природу этих переливающихся оттенков в его глазах.

И в подтверждение моих мыслей Арсений перехватывает моё бедро и рывком тянет к себе. Я перестаю дышать — полностью парализована. Моя промежность прижата к его голому животу, ладони упираются в грудь. Я сижу на нём сверху, и у Арсения по-прежнему эрекция.

С трудом сглотнув, я смотрю ему в глаза. Арсений тоже смотрит. Его губы приоткрыты, ладони поглаживают мои бёдра. Он хочет снова заняться сексом? Сейчас? В такой позе?

Жжение под пупком нарастает, грозя превратиться в костёр, но воспрявшие мысли всё равно не отпускают. Закрыта ли дверь? Не услышат ли нас? Я не успела сходить в душ. Сейчас ведь уже не ночь, а утро, а после нам предстоит провести весь день вместе.

— Мне лучше вернуться в свою комнату, пока никто не проснулся, — я едва ворочаю языком. — Если кто-то увидит, как я выхожу из твоей спальни, это будет катастрофа. И ещё твоя дверь не закрыта.

Интимность в глазах Арсения рассеивается, его ладони освобождают мои бёдра. Его ведь это не задело? Он и сам всё должен понимать.

Я осторожно слезаю с него и непроизвольно кошусь ему на живот. Будет ужасно, что на нём останутся мои следы. Выяснить это возможности не получаю, потому что Арсений встаёт.

Я машинально отвожу глаза, чувствуя, как меня вновь заливает смущение. Его член до сих пор твёрдый. Ну почему всё так? Мы занимались сексом уже трижды, но каждый раз после я теряюсь, как школьница у доски.

Наверное, потому что это Арсений. Я годами видела в нём человека, который меня на дух не выносит. Высокомерный, холодный до жестокости, закрытый к людям и общающийся только с избранными. В настоящем я сплю в его кровати, он меня обнимает и свободно разгуливает передо мной голый. Полный разрыв шаблонов.

Остановившись у входа в ванную, Арсений оборачивается.

— Не забудь трусы, — кивок в изножье кровати. — На полу лежат.

Я смотрю на захлопнувшуюся дверь и чувствую поднимающуюся обиду.