Развод. Он влюбился

Не обращая внимания на удивленные взгляды, подхватила со спинки своего стула сумочку, потом стащила куртку с вешалки и, неуклюже пытаясь ее натянуть, направилась к выходу.

— Даша? — позвала мама, оказавшаяся неподалеку, — что случилось?

— Ничего, просто забыла об одном важном деле.

Наверное, выглядела я не очень, потому что она подозрительно прищурилась:

— Каком?

— Вечером обсудим, — сказала я и убежала."

"Поделиться тем ужасом, который уже пробил ватную стену и все больше ширился в груди, я не могла даже с ней.

На улице, как назло, поднялся промозглый ветер, и пока я бежала, придерживая капюшон курточки, пытающийся сползти с головы, он так и норовил ударить в лицо. Пальцы онемели, но я не чувствовала холода. Продолжала бежать, повторяя про себя ка заведенная:

— Ничего плохого не произошло, ничего не произошло. Не произошло. Не произойдет!

Субботин просто на работе. Разве можно ревновать человека к работе?

Нельзя. Это глупо. А я не глупая…

Или глупая?

Что если все это время я была непростительно глупа и позволяла водить себя за нос?

Мои демоны, которые до поры до времени сидели по темным закоулкам, лишь изредка выглядывая наружу, сейчас начали поднимать голову и скалить пасти в кровожадных ухмылках.

А что, если нет? Что если Субботин такой же как мой отец?

Запретная картинка из гостевого домика снова ожила перед мысленным взором.

Я пыталась выжечь ее из памяти, вытравить. Забыть и больше никогда не вспоминать, но сейчас она полыхала передо мной во всех своих отвратительных деталях.

Справиться с ней мне было не по силам, а впереди уже мелькала белая вывеска с Синей розой.

У меня еще была возможность остановиться и повернуть обратно. Не поддаться на провокацию неведомого доброжелателя и уйти, но я все-таки поддалась.

Последние два десятка шагов проделала на автомате.

Дошла. Остановилась перед высоким, затемненным окном, за которым так хорошо сидеть в летний полдень, спасаясь от палящего солнца.

Остановилась. И умерла. Потому что там, внутри, за небольшим уютным столиком сидел Субботин и… Марина.

Тысячи возмущенных мыслей одновременно взметнулись в голове.

Что эта тварь тут делала? Какого хрена она забыла в этом городе?!

Ей мало того, что она у меня уже забрала? Мало?!

При виде заклятой подруги меня разбил паралич. Что-то надломилось внутри, расплескалось ядовитыми брызгами по всем внутренностям.

Она совсем не изменилась

Все та же копна темных вьющихся волос на голове, то же малиновое платье с глубоким декольте, украшенном золотой вышивкой, которое она берегла «для особых случаев». И пусть я не видела ее лица, но запросто представляла его выражение. То, как она смотрела на МОЕГО мужчину. Сегодня он был ее «особым случаем».