Он уходя спросил

Кажется, понял, что я не люблю амикошонства. – Извольте. Я сокращенно, своими словами, только самое существенное. Вы потом спрóсите, если понадобятся какие-нибудь подробности.

Извлек из портфеля папку.

– Илья Ильич Миловидов, агентурная – то есть наша – кличка «Химик». Семьдесят седьмого года рождения. Из поповичей. Недоучился в Московском университете, в девяносто девятом по делу о студенческих беспорядках выслан в не столь отдаленные, досрочно освобожден по состоянию здоровья, получил инженерный диплом в Германии. Вернулся в Россию. Находится под негласным, поскольку, по нашим сведениям, вступил за границей в социал-демократическую партию, группировка некоего Ленина-Ульянова. Это так называемые…

– Большевики, знаю, – перебил его я. – Не считайте меня совсем уж профаном в политике. И потом, Миловидов проходил у меня как подозреваемый в деле о смерти предпринимателя Хвощова – в Москве, в седьмом году. Но про его подпольную деятельность я мало что тогда выяснил. Ваши коллеги ответили отказом на мой запрос."

"– Мы не любим делиться добычей, – засмеялся Кнопф. – Да только у наших с Миловидовым тоже ничего не вышло. Очень осторожен. Подозрений было много, доказательств – ноль. В докладной записке высказано суждение, что Химик, вероятно, полностью отошел от нелегальной работы и получил задание сосредоточиться на «влиянии». Это у большевистского ЦК разработана тактика. Некоторых партийцев они намеренно переводят на легальный статус и используют как агентов влияния. Литераторов – для пропаганды подрывных идей в художественной форме. Университетских преподавателей – для постепенной радикализации студентов. А еще у них есть так называемые «финансисты», которые собирают у богачей либерального толка пожертвования в партийную кассу. «Финансистов» взять с поличным совершенно невозможно. Московские коллеги относили Химика именно к этой категории. Но, возможно, и ошибались. После того, как Миловидова уволили с московской спичечной фабрики, там обнаружилась мощная подпольная организация, с которой потом еле справились. Чуть было не разразилось еще одно вооруженное восстание.

– Теперь Миловидов в Санкт-Петербурге, служит на Путиловском заводе? – спросил я. – Что вам известно о его нынешних связях?

– Миловидов формально у Путилова не работает. Он – представитель французского концерна «Шнейдер-Крезо». Специальность Химика – воспламеняемые и взрывчатые вещества. Поэтому, как вы понимаете, мы с него глаз не спускаем. Мало ли что. Однако ни в чем криминальном он пока не замечен. Еще вопросы?

– Только один. Вы сказали, что из ссылки Миловидов был отпущен по состоянию здоровья. Я знаю, что для этого потребны очень серьезные основания.

– Да, Химик насквозь хвор, – подтвердил Кнопф.