Он уходя спросил

У меня в бюро служил некто Заруцкий, начальник антропометрической регистратуры. Славный малый, считавшийся большим знатоком женского пола – он был холост и без конца рассказывал о своих любовных успехах. Отношения с Заруцким у меня были самые приятельские, и однажды, в минуту душевной слабости, под воздействием рябиновой настойки, я поделился с Сержем своей бедой.

Он мне сказал: «Вася, друг мой, в таких случаях рецепт очень прост. Нужно дать ей попробовать того же кушанья, каким она кормит тебя. Вся штука в том, что ты жену слишком любишь и никогда не подаешь ей поводов для ревности. Женщины по-настоящему ценят лишь тех, в ком до конца не уверены. Измени своей супруге, притом с кем-нибудь красивей ее. Увидишь, твоя Ирина сразу посмотрит на тебя иными глазами. Главное, ей и винить тебя будет не за что – у самой рыло в пуху».

Я стал говорить, что это совершенно невозможно – меня не привлекают другие женщины, да и где бы я взял красавицу, которая согласится завязать со мной роман?

«Ни о чем не беспокойся, – уверенно заявил Серж. – Я всё организую. А если ты не желаешь изменять всерьез, то это еще проще. Попрошу мою Эльжбету подыграть. Она актриса, ей это пара пустяков».

И действительно организовал.

Его очередная любовница, актриса комической оперы, с удовольствием подготовила, а потом и отыграла небольшую сценку. Всего-то и понадобилось, что подстроить случайную встречу на улице с Ириной. Она выходила от своего парикмахера, а мимо на пролетке проехали мы с Эльжбетой. Элегантная брюнетка одной рукой нежно обнимала меня за шею, а другой кормила меня пирожным. Я нарочно сидел полуотвернувшись и Ирининой реакции не видел, но моя спутница потом со смехом рассказала, что «мадам» вся вспыхнула и уронила зонтик.

Сей спектакль обернулся катастрофой.

Притворяться и таить что-то в себе Ирина никогда не умела. Когда я вернулся домой, она потребовала объяснить, кто моя любовница и насколько серьезны наши отношения. Я сдуру ляпнул: мол, люблю только тебя, а изменой на измену ответил лишь от обиды и одиночества.

Что тут началось! «Я тебе изменила из высокой любви к музыке, а ты мне из низкой мести! Я сразу честно во всем призналась, а ты изменяешь тайком! Ты не тот человек, каким я тебя всегда считала! Ты пошл и вульгарен! Поди вон, я больше не желаю тебя видеть!». И выставила. Вот уже почти полгода мы жили с Ириной раздельно.

Эскапада мадемуазель Ларр с чумазым Антиноем всколыхнула во мне мучительные воспоминания. Теперь американка (русские женщины так себя не ведут!) вызывала во мне гадливость. Ирина, по крайней мере, склонялась перед жрецами искусства, а не ложилась под первого попавшегося мускулистого самца.