Он тебя не любит(?)

Неужели это правда, неужели его Эвочка… — а ведь ты тогда на крыше знал, что Эва может быть твоей дочерью. Отчего же тебя так накрыло?

Из трубки донеслось невразумительное хмыканье.

— А вот вырастет Машка, — разродился, наконец, Арсен, — затянет ее вот такой трахальщик как ты на крышу и оприходует практически на твоих глазах. Я тогда посмотрю, что ты запоешь."

"Макар представил себе это, пошел пятнами и прошипел сквозь зубы, сжав трубку так, что та чуть не треснула в его руке:

— Спасибо, учту.

— Ты хоть отзвонись, Макар, — успел услышать, прежде чем отбился.

Он гнал машину по трассе, вжав педаль до отказа, очередное кольцо давно ждало своего часа в машине, а цветами он потом ее завалит. Позвонил отец.

— Отбой, пап, я никуда не лечу! — ему хотелось кричать от радости. Или петь.

— Что случилось, сынок, ты же собирался пробить по оборудованию…

— Нельзя мне летать, — он не смог сдержаться и расплылся в счастливой улыбке, — я беременный. Мне жениться надо горловое, а ты же видишь, какая у меня Эвочка упрямая.

— Ох ты …! Ясный перец, упрямая, есть в кого. Погоди, а Ямпольский знает?

— Это он мне и сказал.

— Держись, сын, ты теперь дважды отец, постарайся Эвочку уговорить. Только аккуратно смотри, там же гормоны… А хочешь, я приеду с ней поговорю? Или Веронику попрошу?

Мак представил, как Демидов с Ямпольским вместе упрашивают Эву выйти за него замуж.

— Спасибо, пап, я сам.

Он влетел во двор и выскочил из машины, едва успев затормозить. Эвы нигде не было видно, но Макар знал, где искать. Он ввалился в свою спальню и сразу ее увидел, она сидела на кровати и задумчиво водила рукой по покрывалу, которым была застелена кровать. Увидев Демидова, она в изумлении вскинулась.

— Мак? Откуда ты взялся?

— Из Америки прилетел, — он стремительно подошел и рухнул перед ней на колени, — попалась, Эвочка? А я жениться приехал. Теперь не выпущу тебя отсюда, пока не согласишься.

Эва захлопала ресницами и собралась что-то сказать, но он осторожно поднес ладонь и прижал к ее губам.

— Тсс, не кричи так громко, а вдруг он спит.

— Отец проговорился? — Эва опустила голову и отвернулась. Макар обхватил ее лицо ладонями и повернул к себе.

— Ну хоть кто-то должен был мне рассказать? Ты снова молчала бы до самих родов.

— Ты собрался лететь в Америку.

— Мне нельзя, я уже залетел. Эва, — он сжал ее плечи, — Эвочка, я уже говорил, что люблю тебя, и еще скажу, сколько надо. Выходи за меня замуж. Кольцо в кармане, я еще одно купил, если тебе те пять не понравились. Ну хватит бегать от меня, любимая, я уже задолбался без вас с Машкой. Ну почему ты отказываешься, я знаю, что ты меня любишь, я помню крышу…

— Я не хочу быть Демидовой, — еле слышно сказала Эва, и он замер, вслушиваясь, — потому что она была Демидовой.