Он - моя тайна

Очевидно, не просто так Савин ее легкодоступной называл. — Но видеть тебя рядом с собой не желаю. Забудь, что дружили когда-то. Забудь моего сына. Господи, кем ты стала… — презрительно скривилась. — Тошнит от вас обоих. Хороша парочка. С Томкой будете делить Савина, или бутербродом трахаться. Фу…

Я ушла. В машину села и голову на руль уронила. Что же за жизнь такая? Когда я в королевстве кривых зеркал оказалась? Почему вокруг одни лжецы и предатели? Один сын у меня настоящий. Для него я должна быть сильной. И я буду. Бороться буду: за него и для него!

С Женей выйти на связь не удалось, пока ехала в ближайшее УВД. Ничего, я весь город на уши подниму, но верну себе сына!

— Здравствуйте! — кинулась к окошку с дежурным. — У меня похитили ребенка! — да, я считала это именно похищением! Женя собирался получить за Матвея выкуп — меня! Не дамся. И сына верну!

— Так, — он не сильно оживился, но сбросил вечернюю ленцу, — пишите заявление, — выдал мне лист и ручку, — а я вызову оперативника.

Через десять минут я сидела в маленьком кабинете и рассказывала свою историю. Старший лейтенант Капризов В.Б. сначала бодро записывал, но когда узнал, что ребенок уехал с отцом, проявил профессиональный скептицизм.

— Вы поругались с мужем, и он забрал от, — заглянул в записи, — Лебедевой А.А. Савина Матвея, правильно?

— Да, но мы не просто поругались, а он не просто забрал: он сделал это против моей воли…

— Но вас там не было, верно?

— Да, но моя под… знакомая, — поправилась я, — пострадала от действий моего мужа.

— Где она? Нужно заявление от нее. Иначе это просто слова.

Я тяжело вздохнула. Да что же такое-то! Этот Капризов будто не слышал меня!

— Вы понимаете, что это мой сын и его увезли. Я не знаю куда! Я волнуюсь!

— Ваш муж может причинить ему физический или моральный вред?

— Нет! — я сказала это раньше, чем мозг сигнал получил. На автомате доверяла Савину. — Но я боюсь, что мой муж спрячет его от меня.

— Дина Владимировна, — вздохнул он, — вы дома вообще проверяли?

Женя бы не забирал Матвея с такой агрессией, чтобы просто домой отвезти его! Это же бред!

— Нет, но…

— Мы не можем начать розыскные мероприятия. Нет состава преступления. Ребенок с отцом. Опасности по вашим собственным словам для мальчика нет. Разберитесь в семье сначала, а потом в органы обращайтесь. У нас столько реальных преступлений.

Я только хмыкнула. Ну да, ну да, видела полное отделение людей: митингующих хватать поважнее, чем детей искать!

— То есть вы мне не поможете? — уточнила для верности.

— Поможем, заявление примем, но для начала вернитесь домой. Проверьте там.

— Телефон мужа и сына выключен.

— Такое бывает, — кивнул он. — Поверьте моему опыту: уверен, они уже пельмени дома едят, пока мама носится по городу.