Он меня погубит

– Ублюдок это ты! – жестко парировала я, заставив ненавистное лицо заиграть желваками. – Ты к моему ребенку не имеешь отношения.

– И слава богу! – воскликнул и глумливо добавил: – Строила из себя правильную девочку, а сама ноги перед этим… этим…

Я вздернула подбородок: перед кем? Как он назовет Марка? Как можно оскорбить человека, который сделал тебя по всем фронтам?!

– Перед Нортманом раздвигала.

– Он сделал то, на что ты не способен.

Билл покраснел от ярости, но сказал вполне спокойно:

– У вас ведь с Нортманом не все ладно, – и бросил красноречивый взгляд на тетю Розу. Я тоже, но на меня она не смотрела. Стыдилась, видимо. – Не хочешь, чтобы он нашел тебя?

– Не твое дело.

– Какая ты стала, – вдруг заметил он, сузив глаза. – Полетели в Палм-Бич, поговоришь с отцом и вали на все четыре стороны. Подадим на развод. Не хочу больше с вашей семьей иметь дел.

Ты просто поиметь с нас больше ничего не можешь! – про себя воскликнула я. Крыса, бегущая с тонущего корабля. Мой отец чудовище, достойное самых адских мук, но муж – ничтожество, пародия на мужчину. Но, увы, в его словах был резон. Мне нужно покончить с той жизнью окончательно, чтобы начать новую. Я буду Мел Аллен, возьму фамилию мамы.

В Штаты мы летели обычным регулярным рейсом. Видно, у отца действительно туго с финансами раз Билл не смог пригнать частный самолет, да и место в первом-классе не стал покупать. Неужели экономит?! Ему полезно. А вот я летела с комфортом. Нам с Кити так удобнее.

В доме отца на Фледжер-Роуд мы оказались ближе к вечеру. Переступив порог, я тут же упала в объятия верной Дороти.

– Девочка моя, вернулась… – шепнула она.

– Я думала ты ушла из этого мавзолея? – ответила, поцеловав морщинистую щеку. Как же я рада, что она здесь! Не оставила меня одну на этом кладбище разбитых судеб!

– Я дорабатываю последнюю неделю. Думала ты уже не вернешься.

– Я не останусь надолго, – решительно вздернула подбородок. – Поговорю с отцом, подам на развод и уйду, – я сжала руки Дороти, озаренная идеей: – Дори, если тебе будет нужна работа, то мне очень нужна помощь.

– Вижу, – улыбнулась, осматривая элегантный дорожный костюм, не скрывающий беременность, но подавая ее в самом выгодном свете.

– Где она! – услышала громогласный бас и приказала себе держаться.

Отец стремительно появился в холле, с холодной прагматичностью осматривая меня: возможно, оценивает, как можно использовать меня и мое положение.

– Явилась! – он брезгливо поморщилась. – Чертова потаскуха!

Я пропустила мимо ушей поток оскорблений, мне не привыкать. Раньше я боялась и нервничала, сейчас все равно.

– Нортман обрюхатил тебя и вышвырнул!

– Я сама ушла, – спокойно ответила.