Омерта

– Тебе придется иметь со ной общие дела, Амелия Ди Карло. С этой секунды, ты – моя. Или ты будешь принадлежать мне по закону. Или ты будешь принадлежать земле, – её глаза становятся ещё больше, округлее. Напуганная малышка всем телом вжимается в сиденье авто, в ответ я крепче сжимаю её запястья и ладони.

До боли, до полного отражения во взоре её готовности быть ведомой мной. Чтобы даже думать не смела, дура, сопротивляться и пытаться уйти от наилучшего для себя расклада.

Наши тела вибрируют, едва уловимо дрожат в такт, взгляды буквально съедают друг друга иллюзорными молниями.

От страха она настолько теряется, что у меня появляется возможность легко и быстро надеть кольцо на её безымянный палец.

Я не умею делать предложения, птичка, прости. Только заявлять свои права на женщину, которую выбрал. Хотя, разумеется, я бы не стал спешить с документальным подтверждением, но в данном случае, брак со мной – это не только часть плана, но и радикальная мера безопасности для Амелии.

– Платина. Восьмикаратный брильянт, – оповещаю небрежно. – Только попробуй выкинуть его, детка. Это кольцо ты снимешь с себя только с пальцем. Договорились? – вкрадчивым, угрожающим тоном, предупреждаю Амелию. Глядя в глаза ей, подавляя и гипнотизируя.

Читаю в глазах Мии, что она сдается мне, несмотря на надутые губы и брови сложенные перевернутым «домиком».

Знаю, что не посмеет ослушаться. И сама понимает, что не сможет снять, выкинуть, расстаться с моей черной меткой.

Я успел понять, как устроена её ещё несформированная психика маленькой девочки.

И знаю, какие шаги нужно предпринять и что ей сказать, чтобы Мия пошла по дороге, которую выбрал и расчистил для неё я.

Питает и наполняет меня своей горячей ненавистью, что невидимым энергетическим шлейфом сочится из каждой поры на её коже.

С некоторых пор её эмоции – это мое топливо, моя одержимость.

– Хорошенько подумай, прежде чем возмущаться, сопротивляться, и отвечать «нет». Я думаю, ты уже понимаешь, какими последствиями грозят споры с мужчинами Морте.

Нервно сглотнув, Амелия наконец, набирает в легкие побольше воздуха и свирепо выпаливает:

– Ты больной, да? – произносит тихим, блаженным и шокированным голосом. – Что ты делаешь? Что ты несешь, Морте? Невеста?! – срывается на истерический хохот Мия. – Я ненавижу тебя всем сердцем! – в зрачках голубых глаз поднимаются багровые искры пламени. Неистовые, мощные, восхитительные.

– Я никогда не буду твоей невестой! Твоей женщиной. Подстилкой, шлюхой, – с издевкой перечислят и дерзит девушка.

А вот с этими словами она погорячилась. Но меня привлекают варианты, что выдает её подсознание.

– И никогда не выйду замуж за убийцу.