Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

— И потом, кто-то должен поддерживать огонь в домашнем очаге, пока другие боги отсутствуют.

— Значит, ты охраняешь гору Олимп? — спросил я.

— «Охраняю» — это, может быть, слишком сильно сказано. Но если тебе требуется уютное местечко, чтобы отдохнуть, и домашняя еда, то добро пожаловать. А теперь ешьте.

На тарелке моей ничего не осталось — я и глазом моргнуть не успел. Нико умял содержимое своей тарелки с не меньшей скоростью.

— Вкуснотища! — похвалил я. — Спасибо, Гестия.

Она наклонила голову, а потом спросила:

— Как ваше посещение Мей Кастеллан — успешно прошло?

На несколько минут я начисто забыл о старушке с ее яркими глазами и безумной улыбкой, забыл я и о том, как она вдруг стала словно бы одержимой.

— А что с ней такое? — спросил я.

— У нее дар от рождения, — пояснила Гестия. — Она может видеть сквозь Туман.

— Как у моей матери… — сказал я. А еще я подумал, что и как у Рейчел. — Но вот это свечение в глазах…

— Некоторые переносят проклятие, наложенное на зрение, лучше, чем другие, — печально проговорила богиня. — У Мей Кастеллан какое-то время было множество разных талантов. Она привлекла внимание самого Гермеса. У них родился хорошенький мальчик. Она была счастлива, но недолго. А потом она зашла слишком далеко…

Я вспомнил, что сказала миссис Кастеллан: «Они мне предложили важную работу. Ничего из этого не получилось». Что же это за работа такая, спрашивал я себя.

— То она была счастливая-пресчастливая, — предположил я. — То сходила с ума, волнуясь за сына, словно знала, что он превратился в Кроноса. Что случилось, отчего это с ней происходит такое раздвоение?

Лицо богини помрачнело.

— Я не хочу рассказывать эту историю. Но Мей Кастеллан слишком многое видела Если ты хочешь понять твоего врага Луку, то ты должен понять его семью.

Я вспомнил о маленьких печальных изображениях Гермеса, расклеенных над раковиной в кухне Мей Кастеллан. А что, подумал я, неужели миссис Кастеллан чокнулась, когда Лука был маленький. Такие приступы с позеленением глаз могли серьезно напугать девятилетнего мальчишку. А если Гермес не посещал этот дом, если Лука все эти годы был один на один со своей матерью…

— Неудивительно, что Лука убежал, — сказал я. — Вообще-то он не должен был оставлять свою маму в таком состоянии… но ведь он был совсем еще мальчишкой. Гермес нехорошо поступил, бросив их.

Гестия поскребла за ухом у Миссис О’Лири. Адская гончая замахала хвостом от удовольствия и нечаянно сломала дерево.

— Судить других легко, — предостерегла меня Гестия. — А сам ты пойдешь по пути Луки? Будешь добиваться такого же могущества?

Нико поставил на землю свою тарелку.

— У нас нет выбора, моя госпожа. Только так у Перси появляется хоть какой-то шанс.

— Да?..