Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Его копье со всей силы вонзалось в землю там, где за долю секунды до этого находилась Артемида, и в камне появлялись трещины. Атлас перепрыгивал через них, продолжая преследовать Артемиду. Она заманивала его обратно, ко мне.

«Приготовься», — прозвучал в моих ушах ее голос.

Я терял способность мыслить — мешала боль. Ответ мой прозвучал нечленораздельно.

— Ты неплохо дерешься для девчонки, — расхохотался Атлас. — Но ты мне не противник.

Он сделал ложный выпад копьем, но Артемида увернулась. Я видел, что готовится военная хитрость. Копье Атласа описало круг и сбило Артемиду с ног. Атлас занес его снова, чтобы прикончить богиню.

— Нет! — пронзительно вскрикнула Зоя.

Прыгнув между Артемидой и отцом, она всадила прямо в лоб титану стрелу, застрявшую там наподобие рога дикого животного. Атлас взревел от ярости. Он отшвырнул дочь тыльной стороной руки, и Зоя, описав в воздухе дугу, упала на черные скалы.

Мне хотелось выкрикнуть ее имя, броситься ей на помощь. Но я не мог ни говорить, ни двигаться. Я даже не видел, куда упала Зоя. Атлас повернулся к Артемиде с торжеством на лице. Артемида казалась раненой. Она не вставала.

— Первая кровь в новой войне! — злорадно воскликнул он. И нанес удар сверху вниз.

Быстрее молнии Артемида схватилась за рукоять его копья. Оно вонзилось в землю прямо рядом с нею, и богиня, дернув оружие назад и используя древко как рычаг, толкнула титана и заставила его перелететь через нее. Я увидел, как Атлас падает на меня, и понял, что сейчас произойдет. Я чуть ослабил окаменевшие мускулы, а когда титан врезался в меня, не попытался поддержать небосвод. Напротив, я позволил столкнуть себя с места и откатился как можно дальше.

Небеса всей тяжестью рухнули на спину Атласа, чуть не раздавив его, пока ему не удалось приподняться на колени; он боролся до конца, чтобы сбросить с себя сокрушительный вес небосвода, но было уже поздно.

«НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — взревел он так, что содрогнулась гора. — ТОЛЬКО НЕ ЭТО!»

Атлас угодил в ловушку своего прежнего бремени."

"Попытавшись встать, я снова упал — от боли все плыло перед глазами. Мое тело горело как в огне. Талия заставила Луку отступить к краю утеса, но и там они продолжали биться, пока не достигли золотого саркофага. В глазах Талии стояли слезы. Кровавая рана зияла поперек груди Луки, его бледное лицо блестело от пота. Он кинулся на Талию, и та тяжело ударила его щитом. Коварный меч Луки выпал у него из рук и, звеня, покатился по скалам. Талия приставила острие копья к его горлу.

На мгновение воцарилась тишина.

— Ну и?.. — спросил Лука. Он постарался скрыть страх в голосе, но я все равно услышал.

От ярости Талию била дрожь.

Позади нее по камням вскарабкалась Аннабет, наконец освободившаяся от пут.