Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

? Какие неприятные переживания связаны у нее с героями?

Подлетая к Вашингтону, Пират стал сбавлять ход и терять высоту. Он тяжело дышал.

— Как ты? — спросил я его.

«Отлично, босс. Я мог бы… мог бы перевезти целую армию».

— Вижу, ты что-то приуныл.

Сказав это, я неожиданно почувствовал себя виноватым: ведь я гнал пегаса полдня без остановки, стараясь держаться вровень с машиной на шоссе. Даже для летающего коня это было слишком.

«Не волнуйтесь обо мне, босс! Я парень крепкий».

Мне хотелось верить, что он прав, но попутно мне представилось, как Пират врезается в землю, не издав ни единого жалобного стона…"

"К счастью, автобус сбавил ход. Переехав через Потомак, он углубился в центр Вашингтона. На ум мне пришли мысли о воздушных патрулях, ракетах и прочем. Я не имел точного представления о работе всех этих оборонных систем и сомневался, чтобы обычный военный радар когда-нибудь засекал пегаса, но не хотелось проверять это на практике.

— Высади меня здесь, — обратился я к Пирату. — Это достаточно близко.

Пират настолько выдохся, что даже не стал протестовать. Подлетев к мемориалу Джорджа Вашингтона, он опустился на траву.

Белый микроавтобус остановился всего в нескольких кварталах от нас. Зоя припарковалась у поребрика.

Я посмотрел на пегаса.

— Возвращайся-ка ты в лагерь. Отдохни. Пощипли травки. У меня все будет путем.

«Уверены, босс?» — спросил Пират, скептически склонив голову набок.

— Ты и так достаточно потрудился, — сказал я. — За меня не беспокойся. И спасибо тебе большущее.

«Большущее-пребольшущее, такую б охапку сена сейчас… — задумчиво пробормотал Пират. — Звучит неплохо. Ладно, только берегите себя, босс. У меня такое чувство, что они приехали сюда не затем, чтобы встретиться с каким-нибудь симпатягой вроде меня».

Я пообещал беречь себя. Пират взлетел, описав двойной круг возле мемориала, прежде чем исчезнуть в облаках.

Я поглядел на белый микроавтобус. Все его пассажиры выбрались наружу. Гроувер указывал на одно из больших зданий, вытянувшихся в ряд с торговым центром. Талия кивнула, и все четверо побрели к нему, борясь с порывами холодного ветра.

Я уже было направился за ними, но вдруг застыл на месте.

В квартале от меня распахнулась дверца черного седана. Из машины вышел мужчина с проседью в волосах, стриженный по-военному. Он был в темных очках и черной шинели. Конечно, может, Вашингтон и полон таких парней, но тут меня осенило, что я пару раз видел эту же самую машину на шоссе к югу. Она преследовала микроавтобус.

Мужчина достал сотовый и что-то сказал в трубку. Затем оглянулся, словно чтобы проверить, все ли чисто, и пошел к торговому центру вслед за моими друзьями.

Хуже всего то, что, когда он обернулся в мою сторону, я узнал его. Это был доктор Торн — мантикора из Уэстовер-холла.