Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Когда он говорил, ноздри у него раздувались, отчего было трудно не смотреть на его нос, а глаза были разноцветные — один карий, другой голубой, — как у дворовой кошки."

"Я представил, как он вышвыривает нас за дверь, в снег, но тут вперед выступила Талия и сделала нечто очень странное.

Она щелкнула пальцами. Звук получился резкий и громкий. Может, мне показалось, но я почувствовал, как от ее пальцев исходит дуновение ветра; оно проносится через холл, овевая нас и учителей и шевеля знамена на стенах.

— Но мы не посетители, сэр, — сказала Талия. — Мы приехали сюда учиться. Помните? Меня зовут Талия. А это Аннабет и Перси. Мы к вам в восьмой класс.

Преподаватель-мужчина сощурил свои разноцветные глаза. Не знаю, о чем думала Талия. Теперь нас, возможно, накажут за ложь и действительно вышвырнут за порог. Но мужчина, казалось, пребывал в нерешительности.

— Миссис Готтчок, вы знаете этих учеников? — Он посмотрел на свою коллегу.

Несмотря на шаткость нашего положения, мне пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеяться. Учительница по фамилии «Съела мел»?[449] Он, вероятно, шутит.

Женщина заморгала глазами, словно выйдя из транса.

— Да. Кажется, знаю, сэр. — Нахмурясь, она посмотрела на нас. — Аннабет. Талия. Перси. Что вы делали за пределами школы?

Прежде чем я успел ответить, послышались шаги и в холл, задыхаясь, вбежал Гроувер.

— Вы сделали это! Вы… — Увидев учителей, он тут же замолчал. — О, миссис Готтчок. Доктор Торн! Я…

— Что случилось, мистер Ундервуд? — спросил мужчина, по всей видимости доктор Торн. По тону было ясно, что Гроувер ему неприятен. — Что вы имели в виду, сказав: «Вы сделали это»? Эти ученики живут здесь.

Гроувер поборол одолевавшее его волнение.

— Да, сэр. Конечно, сэр. Я только хотел сказать: мне так приятно, что они сделали… пунш для вечеринки! Отличный пунш. И это они приготовили его!

Доктор Торн уставился на нас. Я решил, что один глаз у него, должно быть, вставной. Вот только какой? Карий? Голубой? Он смотрел так, будто хотел сбросить нас с самой высокой башни замка, но затем миссис Готтчок полусонно произнесла:

— Превосходный пунш. А теперь — уходите отсюда все. И не вздумайте снова покидать школу!

Дважды повторять нам не пришлось. Прежде чем уйти, мы нестройно отбарабанили «да, мэм» и «да, сэр», поскольку сообразили, что здесь так принято.

Гроувер быстро повел нас через холл в направлении, откуда доносилась музыка.

Я чувствовал, как учителя смотрят нам в спину, однако поравнялся с Талией и вполголоса спросил ее:

— Как тебе удалось проделать эту штуку… ну, когда ты щелкнула пальцами?

— Ты про туман? Неужели Хирон тебе не показывал?

У меня перехватило дыхание. Хирон был нашим учителем, но он никогда не показывал мне ничего подобного.