Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

К тому времени, когда мы наконец добрались до Уэстовер-холла, уже стемнело и она успела пересказать Аннабет и Талии все самые пикантные истории из моего детства.

Талия протерла запотевшее стекло машины, посмотрела наружу и сказала:

— О да! Это будет весело.

Уэстовер-холл напоминал замок рыцаря-злодея. Он был целиком сложен из черного камня, с башнями, узкими бойницами и большими деревянными двойными воротами. Замок стоял на заснеженной скале, одним фасадом выходя на большой заиндевелый лес, а другим — на серый пенящийся океан."

"— Вы точно не хотите, чтобы я подождала вас? — спросила мама.

— Нет, спасибо, мам, — ответил я. — Я не знаю, сколько времени это займет. С нами все будет в порядке.

— Но как вы доберетесь обратно? Я так волнуюсь, Перси.

Я надеялся, что не покраснел. Нет ничего хорошего в том, что на битву я отправляюсь в сопровождении мамы.

— Все будет в порядке, миссис Джексон, — ободряюще улыбнулась Аннабет. Ее светлые кудри были забраны под лыжную шапочку, а серые глаза цветом напоминали метель. — Мы проследим, чтобы с ним ничего не случилось.

Мама, кажется, немножко успокоилась. Она думает, что Аннабет — самая умная и сообразительная из полубогов, когда-либо доучившихся до восьмого класса. И она уверена, что Аннабет частенько спасала меня от смерти. На самом деле так оно и есть, но это еще не означает, будто я в восторге от данного факта.

— Прекрасно, дорогие мои, — сказала мама. — Вам больше ничего не нужно?

— Нет, миссис Джексон, — ответила Талия. — Спасибо, что подвезли.

— Может быть, еще пару свитеров? А номер моего сотового у вас есть?

— Мам…

— Ты не забыл нектар и амброзию, Перси? А золотую драхму, на случай если надо будет связаться с лагерем?

— Мама, ну хватит! С нами все будет в порядке. Пошли.

Я вылез из машины. Мама выглядела немного задетой, и мне было жаль ее огорчать, но я мечтал только о том, как бы поскорее выбраться из машины. Если маме вздумается рассказать еще одну историю про то, каким сообразительным я был в три года, сидя в детской ванночке, я зароюсь в сугроб и просижу там, пока не замерзну до смерти.

Аннабет и Талия последовали за мной. Дувший в лицо ветер насквозь пронзал мою куртку ледяными кинжалами.

Как только мамина машина скрылась из виду, Талия сказала:

— У тебя потрясающая мама, Перси.

— Ничего, — согласился я. — А у тебя? Ты когда-нибудь с ней встречалась?

Не успел я спросить это, как уже пожалел. Талия мастерски наловчилась прожигать людей злобными взглядами, и это качество отлично сочеталось с излюбленной ею одеждой панка: разодранная тужурка, черные кожаные брюки и цепочки, прилепленные везде, где только можно, плюс обведенные черным карандашом ярко-голубые глаза.