Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

— К оружию, герои! — кричала она.

Однако я совсем не был уверен, что кто-нибудь расслышит ее сквозь издаваемый птицами скрежет и испуганные крики зрителей.

Одной рукой держа поводья, другой я мечом отмахивался от птиц, волнами пикировавших прямо мне в лицо, щелкая металлическими клювами. Я рассекал их на лету, и они взрывались облачком пыли и перьев, но все же их оставалось несметное множество. Одна клюнула меня сзади, и я чуть не выпрыгнул из колесницы.

Аннабет повезло немногим больше. По мере того как мы приближались к трибунам, скопище птиц становилось все гуще.

Часть публики пыталась оказывать сопротивление. Домик Афины призывал вооружиться щитами. Лучники Аполлона подобрали свои луки и стрелы, готовясь отразить угрозу, но, учитывая возникшую сумятицу, стрелять было опасно.

— Их слишком много! — проорал я, обращаясь к Аннабет. — Как от них избавиться?

Она направо и налево разила голубей ножом.

— Геракл использовал шум! Медные колокольчики! Он испугал их самым ужасным звуком, который мог… — Глаза Аннабет расширились. — Перси… коллекция Хирона!

Я моментально понял ее.

— Думаешь, подействует?

Она передала поводья своему бойцу и небрежно перепрыгнула в мою колесницу, как будто это было проще простого.

— К Большому дому! Это наш единственный шанс!

Кларисса, у которой практически не осталось соперников, пересекла финишную черту и тут только обратила внимание, какую серьезную угрозу представляют птицы.

Заметив нашу удаляющуюся колесницу, она пронзительно выкрикнула:

— Бежите? Поле боя здесь, трусы!

Дочь Ареса вытащила свой меч и ринулась к трибунам.

Я пустил лошадей в галоп. Переваливаясь с боку на бок, колесница протарахтела по клубничным грядкам, через волейбольную площадку и, раскачиваясь, остановилась перед Большим домом. Мы с Аннабет бросились в коридор, ведущий к апартаментам Хирона.

Его проигрыватель по-прежнему стоял на прикроватном столике. Там же были сложены любимые диски. Я схватил самый отвратительный, который только попался под руку, Аннабет взяла в охапку музыкальный аппарат, и мы выбежали наружу.

Внизу, на беговой дорожке, валялись охваченные пламенем колесницы. Раненые обитатели лагеря разбегались во все стороны, птицы полосовали их одежду, вырывали клочки волос, а Тантал гонялся за утренней выпечкой по всем трибунам, поминутно восклицая: «Все под контролем! Не беспокойтесь!»

Мы подбежали к финишной черте. Аннабет принялась настраивать проигрыватель. Я молился, чтобы у него не сели батарейки.

Потом я нажал кнопку «воспроизведение», и раздалась любимая мелодия Хирона из «Знаменитых хитов Дина Мартина». Воздух наполнился звуком скрипок и голосами молодчиков, подвывавших по-итальянски.

Голуби-демоны словно обезумели.