Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

О, нет, на это ушло, как минимум, час у хорошего стилиста! И я уже не говорю ничего о платье…

Нежно-бирюзовое, в пол, с плиссированной, летящей юбкой. На поясе широкая полоса камней, скорее всего, драгоценных, лиф перекручен на ложбинке ключиц и захлестывает шею, оставляя точеную спинку полностью открытой, почти до самых ягодиц. Совсем на грани приличия! В таком наряде не ходят по улице, и уж тем более дома. Он скорее подойдет для какой-нибудь светской вечеринки, ковровой дорожке, съемок, выступлений или что-то вроде того.

Но надеть его вот так запросто?

— А, это, я так понимаю, няня, да? — тем временем, заметив меня, нежным, манерным голоском протянула глянцевая дива, делая изящный жест кистью в мою сторону. — Вы подойдите, пожалуйста. Чтобы мне не пришлось повторять еще раз. Не будем трать время, не мое, не ваше, верно?

Что сказать… довольно интригующее начало!

Разница между нами двумя была настолько очевидна, что я не заметила, как подчинилась. Ноги словно сами принесли меня к дивану, и вот уже я, невольно спрятав руки за спину, стою в ровном ряду домработниц, чувствуя себя, как крепостная перед барыней.

Глупое, обидное чувство, надо сказать. Особенно на фоне того, что раньше в этом доме мне никогда не давали испытывать хоть что-то похожее на это.

— Значит, начнем со знакомства, — сцепив ладони перед собой, кокетливо стрельнув глазками, начала девушка все тем же мягким, манерным голоском. — Меня зовут Алена Арлиц. Для вас Алена Владимировна. С этого дня, думаю, будет уместно, если все друг к другу будут обращаться на «вы» и никак иначе. Итак, Максим Леонидович пригласил меня помочь с одним важным мероприятием, которое состоится через несколько дней. И я сделаю все, что в моих силах. От вас же жду хорошей работы. Давайте договоримся сразу, да? Значит, вы слушаете и делаете, все, что будет сказано. За первое нарушение буду штрафовать. За второе, значит, тоже штраф. За третье тоже, оштрафую. А потом уже всё, да? Будем прощаться.

Ничего не могу сказать о ее безупречно-вежливой манере и изящной, вычурной до отвращения жестикуляции… Но вставление слово «да» почти в каждом предложении сильно резало слух.

И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, как на самом деле окружающие ей очарованы, особенно согласно кивающий Максим Леонидович. Образ белокурой нимфы завораживал с первой секунды, хотя я подозревала, что ей уже далеко не тридцать лет. Но выглядела она безупречно: выразительные, умело подведенные карие глаза, чистая, бархатистая кожа, но слишком большие, неестественные скулы и слишком резко выделяющиеся скулы. Два упругих, приличного размера мячика грудей тоже не натуральны, но с ее королевской осанкой, точеной фигурой и осиной талией на заметную неестественность почти не обращаешь внимания.