Императрица Ольга

Впрочем, солдат хватало и в этом эшелоне, а ВИП-пассажиры занимали только несколько вагонов в середине поезда. Да и было этих особо важных персон немного. Вот на перрон легко и грациозно, будто тигр из тайги, соскочил Великий князь Цусимский Александр Владимирович, вслед за тем он галантно подал руку своей теперь уже официальной невесте, которая, выйдя из вагона, сразу раскрыла над собой зонтик. Увидев Великого князя Михаила, полковник Новиков помахал ему рукой, после чего, с улыбающейся Ольгой под ручку, направился к нему навстречу – здороваться. На щеках у сестрицы горел румянец, и на ее лице застыло такое выражение, будто она хочет сказать «…смотри, какого мужика я смогла оторвать себе, Мишкин! Я так счастлива! Теперь он мой, и больше ничей!». При этом пальцы Великой княгини с такой силой вцепились в руку избранника, будто он мог вырваться и убежать. Она, видимо, тоже могла сравнивать себя прошлую и нынешнюю, и видеть благотворность произошедших изменений.

Следом за будущей императрицей и ее женихом на перроне собственной персоной появился Павел Павлович Одинцов со своей Дарьей Михайловной – сегодня та выглядела как настоящая светская дама. Впрочем, если сравнивать эту женщину с мамашей Владимировичей, так можно и задуматься, кто кого аристократичнее. Но Великий князь Михаил знал, что утонченная и воздушная внешность Дарьи Михайловны является весьма обманчивой. Эта женщина вооружена до зубов, очень опытна в убийствах ближних и дальних, а потому смертельно опасна – как плюющаяся ядом кобра. Впрочем, и эта пара, осмотревшись по сторонам, сочла необходимым присоединиться к компании Великого князя Михаила, Великой княгини Ольги и полковника Новикова."

"– Доброе утро, Ваше императорское высочество, – приподняв шляпу, спросил Одинцов, – как прошел ваш автономный вояж?

– Утро доброе, Павел Павлович, – ответил Великий князь, – вояж прошел нормально. Вот они, два брата-акробата, Кирилл и Борис Владимировичи, собственными персонами, прошу любить и жаловать.

– Очень приятно, – сказал Одинцов, внимательным взглядом окидывая упомянутых, – надеюсь, на этот раз все прошло без эксцессов?

– Да нет, Павел Павлович, что вы, – отмахнулся Великий князь Михаил, – все прошло на высшем уровне. Кузены обещали быть паиньками и говорили, что они вообще больше никогда и ни за что так не будут…

Одинцов окинул обоих Владимировичей скептическим взглядом. Мол, обещала лиса, что не будет кур воровать, но верится ей с трудом. То есть, совсем не верится.

Великая княгиня Ольга заметила этот взгляд и тяжело вздохнула.

– Павел Павлович, – негромко произнесла она, – Кир и Боб действительно будут хорошими мальчиками и больше не будут позволять себе каких-нибудь нехороших штук. Это я вам обещаю.