Охотник за тенью

Эрриага повернулся к немому экрану телевизора. Римский монстр, повторил он про себя. Бедные дурачки, они и не знают, какая опасность в самом деле нависла над ними.

Пультом дистанционного управления он выключил телевизор. Ему предстояла кое-какая работа, но следовало вести себя осмотрительно.

Никто не должен знать, что Батиста Эрриага находится в Риме.

Комиссар Моро хотел удостовериться, что правильно понял. Сандра вначале была в этом достаточно уверена, но с течением времени засомневалась.

Узнав о самоубийстве судмедэксперта, а главное, о том, что он похитил улику с места преступления, был разоблачен и поэтому решился на такой отчаянный шаг, Моро обеспечил все меры секретности, заявив, что только он и ЦОС будут заниматься расследованием.

Отныне и впредь ничего из имеющего отношение к делу не могло быть передано или выброшено, вплоть до случайной записи на листке бумаги. Им выделили помещение для оперативной работы, с компьютерной сетью, подсоединенной к отдельному серверу, не имеющему отношения к квестуре. Чтобы избежать утечки информации, исходящие и входящие звонки регистрировались. За мобильной связью проследить было невозможно, но все, кто участвовал в расследовании, подписали обязательство не распространять добытые сведения под угрозой увольнения из органов и обвинения в пособничестве преступнику.

Но больше всего комиссар боялся, что были уничтожены еще какие-то улики.

Насколько Сандре было известно, пока они беседовали в новом оперативном штабе, специально вызванные эксперты-криминалисты обследовали сточные трубы в отделении судебной медицины. Она боялась даже представить себе, в каких условиях вынуждены работать эти люди, но инфраструктура в здании была старая, и имелась надежда, что выброшенная Астольфи кукла, которую ей вроде бы удалось нащупать в унитазе, все еще не ушла в коллектор.

– Итак, ночью вы вернулись в лес, чтобы проверить, была ли панорамная съемка выполнена со всем тщанием. – Моро подался вперед.

– Да, верно, – отвечала Сандра, пытаясь скрыть неловкость.

– И заметили мужчину, который что-то выкапывал. Вам показалось, что это доктор Астольфи, и поэтому утром вы отправились с ним переговорить. – Глава ЦОС повторял версию, которую она только что ему изложила, но, кажется, делал это только затем, чтобы Сандра сама осознала, насколько абсурдно все это звучит.

– Я подумала: прежде чем кому-то сообщить, нужно предоставить судмедэксперту возможность объясниться, – выпалила Сандра, стараясь казаться искренней. – Я плохо поступила?

Моро задумался на мгновение.

– Да нет, я сделал бы то же самое.

– Я, разумеется, не могла предвидеть, что он, прижатый в угол, решится покончить с собой.

Комиссар постукивал карандашом по столу и не сводил с нее глаз.