Охотник за тенью

Потом стал подниматься по иерархической лестнице, со ступеньки на ступеньку, не пропуская ни одной. От простого священника – к епископу, от монсиньора к кардиналу. И наконец, он получил звание, к которому готовился всю жизнь. Впрочем, если учесть его осведомленность, практически само собой предполагалось, что выберут именно его.

Более двадцати лет он проводил Службу Сумерек, судил души. Формулировал обвинение в адрес кающегося, а тем временем разузнавал все его секреты. Суд осуществлялся анонимно, но Батиста Эрриага на основании подробностей, содержащихся в тексте исповеди, мог выяснить подлинное имя грешника.

Он в этом сильно поднаторел.

Со временем научился использовать свои знания так, чтобы люди оказывали ему услуги. Ему не нравилось слово «шантаж», хотя, по сути, то, что он творил, ничем иным назвать было нельзя. Каждый раз, когда он прибегал к своей неизмеримой власти, это делалось только ради блага Церкви. Его собственная от этого выгода была, несомненно, побочным эффектом.

Он не испытывал никакого сострадания к кающимся. Эти люди исповедовались только затем, чтобы без помех продолжать вести привычный образ жизни. Они были трусами, ибо не осмеливались открыто предстать перед законом. К тому же многие, получив отпущение, совершали те же самые грехи.

Эрриага считал, что таинство исповеди – одна из погрешностей католицизма. Время от времени очищаешь себе совесть, и все дела!

Поэтому он без боязни эксплуатировал грешников, использовал их пороки ради благих целей. Каждый раз, когда он являлся к кому-то из них, тот стоял уничтоженный, слушая, как ему пересказывают его самую сокровенную тайну. То, что грешники не догадывались сразу, откуда ему это известно, служило доказательством, что они даже и думать забыли об исповеди и о священнике, который ее выслушал. Вот как мало значило для них отпущение грехов!

Надев один из своих обычных темных костюмов, сшитых на заказ в дорогом ателье, но с жестким белым воротничком священника вместо галстука и повесив на шею цепь с большим золотым крестом, украшенным рубинами, Эрриага погляделся в зеркало и тихо помолился за душу Мина.

В молодости он запятнал себя ужасным грехом, но ему, по крайней мере, не хватило бесстыдства простить его себе.

Закончив, он собрался выйти из дома: нужно было сделать еще кое-что, дабы до конца осуществить задуманное.

Тайна состояла из трех уровней. Первый – соляной мальчик. Второй – человек с головой волка. Оба оказались раскрыты.

Но третий уровень тайны должен оставаться таковым. Иначе Церкви придется заплатить слишком высокую цену. И ему вместе с ней.

Маркус долго прикидывал, как ему поступить.

Бесполезно дожидаться у больницы, куда Сандру поместили из чистой предосторожности.