Охота на Горностая

– И ради развлечения вы заключили сделку с врагом Ордена?

Юный Горностай и в самом деле не понимал, что попадает абсолютно во все расставленные Шарге ловушки.

– Молодость, молодость, молодость… – вздохнул старик. – А кто позаботится о чуди, если Ярга победит? На тот случай, если ты плохо учился в школе, напоминаю: навам уже доводилось вырезать целые расы, и я не хочу, чтобы моя чудь осталась лишь в учебниках истории.

– У него не получится победить! – отрывисто бросил Феллоу.

– Тогда я возглавлю тех рыцарей, которые примут власть Ярги, – сообщил Винсент. – Первый князь доверяет мне… Ну, насколько он вообще кому-либо доверяет, и я стану гарантом верности Ордена.

– Станете маленьким фюрером маленькой семьи в большой империи навов?

– Я спасу тех, кто захочет спастись.

– Мне нет никакого смысла и никакой пользы лгать тебе, малыш, я рассказываю, как есть. – Шарге грустно улыбнулся. – Мне не нужна власть. Я хочу… – И грусть на краткое мгновение сменилась болью. Дикой, совершенно невозможной болью, которую Горностай разглядел в глазах старика. Болью старой, но не стёршейся, продолжающей пылать, но главное – сжигать Винсента изнутри. Болью, которая поддерживала в нём жизнь. – Когда-то у меня был сын. Весёлый мальчишка, шалопай, хулиган… Он служил в гвардии и мог стать великим воином, если бы… – Боль скрылась внутри, оставив глазам лишь немыслимую печаль. – Если бы его не убили.

– В бою? – тихо спросил Рикки.

Он уже знал, кто стоит рядом с ним.

– В мире, – глухо уточнил старик. – Подло.

– Так вы… Вы – Винсент Шарге.

– Слышал обо мне? – Мастер големов невесело усмехнулся. – Наверняка плохое.

– Скоро перестанут. Когда узнают, что я продался Ярге.

– Да, – согласился Феллоу. И тут же поинтересовался: – Но зачем вам это?

– Ты всё ещё не понял? – Старик вновь отвернулся и вздохнул, глядя на поднимающееся солнце. – Вспомни всё, о чём я говорил, и представь… На мгновение допусти, что я не лгал, и ты поймёшь – зачем. Жизнь хрупка, малыш, коротка и хрупка. Иногда кажется, что народ сильнее индивида, но это не так: теряя песчинки, мы рано или поздно смоем в море весь берег. У Ярги серьёзные намерения, и я действительно хочу стать страховкой для Чуди на случай его победы. – Шарге выдержал паузу и твёрдо, очень убеждённо завершил свою речь: – Даже в том случае, если расплатой за ваше спасение станет ненависть.

– Что это за корабль?

– Судно, – поправил Вернона капитан.

– Не важно. Корабли бывают только у военных, чтоб им чугунный якорь приделали, а всё остальное – суда.

Чуды переглянулись, после чего Кольдер негромко протянул:

– Судя по непримиримости, ты служил.

– И ни за что не изменишь свою точку зрения.

– Проще выкинуть вас за борт.